Путешествие на Запад. Том 2

А внизу сходили горы

К Млечному Пути, откуда

Посылается на землю

Рек раздольное теченье;

И земля сливалась с небом,

И казалась светлым чудом,

Красотой, Пэнлаю равной,

Вызывая восхищенье.

Чистота и муть когда-то,

Разделясь, образовали

Небожителей бессмертных

Драгоценное жилище.

Кисть художника и краски

Воссоздали бы едва ли

Эти скалы, что сияют

Блеска солнечного чище.

Перед этою задачей

Отступил бы даже гений,

Свет гирляндами вздымался,

И вершина засияла;

Темно-красными лучами

По камням скользили тени,

Ароматов легких нити

Вдруг сплелись зарею алой.

Рай земной такие горы —

И полны благословенья:

В красоте первоначальной

И утесы и долины.

Здесь растут на горных склонах

Вечно свежие растенья,

Новые цветы одели

Неприступные вершины.

Чжу Ба-цзе смотрел, смотрел и никак не мог налюбоваться окружающей красотой. Чрезвычайно довольный всем виденным, он в восторге воскликнул:

– Дорогой брат, какое чудесное здесь место! Это, несомненно, самая красивая гора во всей Поднебесной!

– Ну что, брат, – спросил Сунь У-кун, – можно здесь жить?

– Что ты, – смеясь сказал Чжу Ба-цзе, – это благословенная земля, а ты спрашиваешь, можно ли здесь жить.

Так, беседуя и шутя, они не заметили, как пролетело время. Спустившись с горы, они увидели около дороги нескольких обезьян, которые почтительно преподнесли им огромные гроздья темно-красного винограда, душистые груши и финики, отливающие желтизной пиба, дымчато-красные спелые сливы.

– Великий Мудрец, – промолвили обезьяны, встав на колени, – разрешите пригласить вас завтракать.

– У моего брата, – сказал смеясь Сунь У-кун, – неплохой аппетит, и одними фруктами его, пожалуй, не накормишь. Ну, да ладно. Ты уж не побрезгуй тем, чем мы богаты. Может быть, они заменят тебе пироги?

– Хоть аппетит у меня действительно неплохой, – сказал на это Чжу Ба-цзе, – но я всегда уважаю обычаи тех мест, где мне приходится бывать.

И Чжу Ба-цзе вместе с Сунь У-куном принялись за еду. Между тем день уже был в самом разгаре, и Дурень начал беспокоиться о том, что они не успеют спасти Танского монаха.

– Дорогой брат, – стал он торопить Сунь У-куна, – учитель, верно, заждался нас. Нам следовало бы поторопиться.

– Почтенный брат мой, – отвечал на это Сунь У-кун. – Прошу тебя пройти в пещеру Водного занавеса и отдохнуть немного.