Путешествие на Запад. Том 2

Скажем лишь, что духи трех звезд сели на волшебное облако и в какой-нибудь миг очутились у монастыря Учжуангуань. В этот момент обитатели монастыря услышали высоко в небе курлыканье журавлей[6 - Журавль – священная птица. Символ долголетия. На журавлях, по преданию, летали боги и небожители.]. Оно извещало о прибытии духов.

Все небо загорелось сверканьем облаков,

И аромат разлился нежней, чем от цветов,

И в легкий пух и перья оделись облака.

Как поступь ног священных по облаку – легка! —

Луань[7 - Луань – сказочная птица с ярким оперением.

И ярко-алый феникс поднялся вслед за ней;

Тогда мудрец явился, окутан в аромат,

Сиял благоволеньем его блаженный взгляд.

И борода белела, упавшая на грудь,

На посох опирался он, собираясь в путь.

И кажется, печали совсем не ведал он,

Могуществом, здоровьем и счастьем наделен.

Как звезды долголетен, он осушал моря,

И полем стало море, свой урожай даря;

Владыкой долголетья тот дух небесный был,

И тыкву он и свиток у пояса носил.

Себе обитель духи повсюду обретут.

И материк и остров даруют им приют.

Приносят духи счастье, куда бы ни пришли,

В них мир, и долголетье, и радость для земли.

Послушники поспешили сообщить о прибытии духов.

– Учитель, – сказали они, – со священных островов прибыли духи трех звезд.

Праведник, беседовавший в это время с Сюань-цзаном и его учениками, услышав это, спустился с лестницы встретить гостей. Увидев духа звезды Долголетия, Чжу Ба-цзе подошел к нему и, схватив за руку, смеясь сказал:

– Эй, кроткий старикашка! Давненько мы не виделись. А ты такой же чудак, как и раньше, все ходишь без шляпы.

Он нахлобучил свою монашескую шапку на голову духа звезды Долголетия и, похлопав его рукой, расхохотавшись, сказал:

– Вот замечательно! Ну прямо вновь испеченный вельможа с пожалованным ему головным убором!

– Ах ты, негодник, – рассердился дух звезды Долголетия, сорвав с себя шляпу.

– Я-то что, – сказал Чжу Ба-цзе. – А вот ты и тебе подобные – настоящие рабы.

– Негодник ты, – сказал дух звезды Счастья, – как ты осмеливаешься других называть рабами.