Пригоршня праха. Мерзкая плоть. Упадок и разрушение

– В каком-то смысле мне станет легче, когда она узнает… Нехорошо, что Бренда ничего не знает, словно у меня от нее секреты… Я не представляю, как у нее складывается день. Наверное, последняя лекция кончается около пяти… Интересно, заходит ли она домой переодеться, если ее пригласили на чай или коктейль. В квартире она почти не бывает, там так тесно.

Миссис Рэттери посидела в мрачном раздумье над разложенными картами, потом сгребла их в кучу и разложила пасьянс еще раз, теперь уже ничего не загадывая; тут пасьянс бы и вышел, если бы не завязнувшая бубновая шестерка и застопорившая все дело группа в одном углу, которую никоим образом нельзя было передвинуть.

– От этого пасьянса – одно расстройство, – сказала она.

Снова раздался бой часов.

– Всего четверть часа прошло?.. Знаете, я б, наверное, спятил, если б сидел тут один. Как вы добры, что остались со мной.

– Вы играете в безик?

– К сожалению, нет.

– А в пикет?

– Нет. Я ни одной игры, кроме петуха и курочки, так и не смог освоить.

– Жаль.

– Мне бы надо послать телеграмму Марджори и еще кое-кому, но, пожалуй, лучше подождать, пока я не узнаю, что Джок видел Бренду. Вдруг она будет у Марджори, когда придет телеграмма.

– Постарайтесь не думать об этом. А в кости вы умеете играть?

– Нет.

– Это просто, я вас научу. У вас должны быть кости для триктрака.

– Зря вы беспокоитесь. Просто мне не хочется играть.

– Принесите кости и сядьте сюда за стол. Нам надо скоротать эти шесть часов.

Она показала ему, как кидать кости.

Он сказал:

– Я это видел в кино – там на вокзале играли носильщики и таксисты.

– Конечно, кто ж не видел, ничего нет проще. Ну вот, вы выиграли, забирайте деньги.

Немного погодя Тони сказал:

– Знаете, о чем я подумал?

– Вы никогда не пробовали дать себе передых – взять и не думать?

– А вдруг уже пронюхали вечерние газеты? Бренда может случайно заглянуть в газету и прочесть… а вдруг они еще и фотографию напечатают?

– Да, и я то же самое подумала, когда вы сказали о телеграммах.

– Это ведь вполне вероятно? Вечерние газеты тут же все пронюхивают. Что же нам делать?

– Ничего не попишешь. Придется ждать… Давайте, приятель, кидайте, ваш черед.

– Я больше не хочу. Я очень беспокоюсь.

– Знаю, что беспокоитесь. Можете мне не говорить… но не бросите же вы игру, когда вам такое везение?..

– Простите меня… но это не помогает.

Он походил по комнате, подошел сначала к окну, потом к камину. Набил трубку.