Как пингвины спасли Веронику

– О, значит это было… – Он замолкает, пытаясь что-то сообразить своим убитым наркотиками мозгом. – Двадцать второе?

– Двадцать первое.

– Ага, двадцать первое. Вам ведь исполнилось сколько? Восемьдесят восемь?

– Попытайтесь еще раз.

– Восемьдесят семь?

– Нет, Патрик.

– Восемьдесят шесть?

Я не могу сдержать сарказм:

– Браво. Очень хорошо. Молодец. Именно так.

– Ну, тогда поздравляю вас с… прошедшим днем рождения! Вы здорово устроились в жизни.

Патрик пытается казаться веселым, но у него не особо получается.

Как же ему, должно быть, досадно, что я появилась в его жизни. Какое облегчение он испытает, когда я умру.

– Как провели день рождения?

– Ничего. Эйлин принесла торт.

Уверена, он понятия не имеет, кто такая Эйлин.

– О, как мило. Эйлин это ваша сиделка, верно?

– Конечно же нет! Мне не нужна сиделка. Я прекрасно справляюсь сама. Эйлин время от времени помогает мне по дому.

Повисает молчание.

– А! Понял. Старушка Эйлин! Вкусный был? Я имею в виду торт.

– Ничего, пойдет.

(Если честно, он был отвратительный, сплошной миндаль и сладкая розовая глазурь. Настоящий ад для зубов. Как будто им и без того мало досталось.)

– Эйлин уж точно не гений готовки. Но сам жест меня порадовал. Она старалась.

– Не то что я, – отвечает мой внук с не характерной для него проницательностью.

– Вы стараетесь сейчас, – подмечаю я.

– Видимо, чересчур стараюсь.

Мысленно я с ним соглашаюсь, но вслух ничего не говорю.

– Послушайте, не знаю, как это сказать, но меня кое-что беспокоит.

Я чувствую, что… Думаю, мы неправильно начали, бабуля. Это было совсем не то, чего я ожидал, и знаю, должно быть, я показался вам полным придурком – уж простите за мой французский. Хотел узнать, не можем ли мы, ну, начать все сначала?

Эта неприкрытая лесть меня не впечатляет, и я тут же догадываюсь, что он, должно быть, охотится за моими деньгами.

– Хорошо, – отвечаю с показным терпением. Повисает неловкая пауза. – Как у вас дела? – спрашиваю я.

Не особо хочу слышать ответ.

Вся его жизнь – череда бессмысленных банальностей, но кто-то должен продолжать разговор.

– О, вы знаете. Все как обычно. Ничего особенного. Велосипеды по понедельникам. Дождь. Счета. Еда. Постоянно отправляю свои резюме, это занимает целую вечность, и в итоге ничем хорошим все равно не заканчивается. Но не жалуюсь. Подбадриваю себя походами в паб и программой «Кто хочет стать миллионером?».

– Видимо, вы хотите.

Опять неловкая пауза.