Синдикат

Он уставился на меня с искренним удивлением:

– Зачем?! Но разве сердце ваше не полнится гордостью при виде древних Ханукальных светильников, зажженных в Кремлевском дворце съездов?

– Вы просите погрома? – так же кротко, но с искренним любопытством спросила я.

– При чем тут погром! Послушайте, дорогая, у вас какие-то стародавние представления о России. Это объяснимо, конечно: когда вы уезжали в девяностом, в воздухе действительно пахло всякими неприятностями. Но сейчас Россия стала поистине свободным и открытым обществом…

Я проглотила еще одну ложку гречневой каши.

Видит Бог, диета доктора Волкова требовала от пациента колоссального мужества.

– Ной Рувимыч… – сказала я. – На мой стол ежеутренне кладут пачку вырезок из российских газет, этим занимается специальный человек. Каждое утро я читаю своеобразные новости, – правда, несколько однобокие, – этого «свободного и открытого общества». Подожженные синагоги, оскверненные кладбища… ну и прочие мелочи еврейских будней великой страны.

– Вы не правы! – воскликнул он горячо.

 – То есть правы в чем-то, без сомнения. Но и то правда, что наш мэр стоит на страже законности. И вот уже много лет мы проводим наши праздники в самых престижных местах столицы!

Он подозвал Кюхельбекера, тот прискакал, Клещатик молча щелкнул пальцами, нарисовал что-то в воздухе… и через долю минуты юноша пылкий примчался с бутылкой вина. Ной Рувимыч с досадой поглядывал на мою тарелку, все еще полную, что лишало его возможности предупредительно спросить: – Еще гречки?

У меня же мгновенно испортилось настроение.

Я понимала, уже понимала все его строительные и дипломатические усилия: праздники официально числились за моим департаментом, то есть технически относились к моему бюджету. А я бы предпочла тратить бюджет своего департамента на другие цели.

– Я принесу вам кассету нашего прошлогоднего Праздника Страны. Мы проводили его в Лужниках. Грандиозное зрелище! Семь тысяч народу! Мы с Эсфирь Диамант специально написали песню «Скажи мне душевное слово»… Она исполняет ее довольно часто.

Стихи наши, совместные… Не приходилось слышать?

Я помотала головой, глотая еще одну ложку гречки.

– Словом, пора уже готовить программу… Мы привлекаем звезд эстрады. В этом году у меня родилась замечательная идея – устроить праздник на ледовой арене.

– Зачем? – промычала я, уткнувшись в тарелку.

– Как – зачем?! В пропагандистских целях: гигантское ледовое шоу!

– В Израиле нет льда, – угрюмо заметила я.