Золотой воскресник

(Я откусила печенье.)

* * *

– Ты знаешь, что Горький пришел вызволять Гумилёва от расстрела. Уже со всеми уговорился. Приходит в камеру и говорит:

– Поэт Гумилёв, выходите!

– Здесь нет поэта Гумилёва, – ответил ему Гумилёв. – Здесь есть прапорщик Гумилёв.

И его расстреляли.

– Это правда так было? – спросила я у Ерёменко.

– Да! – он ответил.

* * *

Ерёма уронил на стол пепел от сигареты, лизнул палец, прилепил пепел и съел.

– Запомни, – сказал он. – Пепел – он стерильный.

* * *

В середине 70-х Лёня Тишков впервые пришел в Большой театр – отец Лев достал нам билеты на “Кармен” с Майей Плисецкой и Александром Годуновым.

Вдруг Лёня говорит:

– Ой, не нравится мне Годунов, что-то он плохо танцует, видно, неважно себя чувствует.

Я стала над ним насмехаться: тоже мне, знаток балета…

В перерыве вышла на сцену какая-то женщина и сказала:

– Просим извинения: Александр Годунов заболел, поэтому роль Хозе будет исполнять другой артист.

* * *

– Тебе не кажется, что шпиль собора из тумана приближается к нам гораздо быстрей, чем мы идем к нему? – спросил Гриша Кружков.

* * *

– Я хочу тебя предупредить, чтоб ты не попала впросак, – сказал Гриша, отправляясь на станцию встречать знакомых англичан. – А то вдруг ты подойдешь к ним и гомерически захохочешь…

* * *

Серёжа в детстве звал Кружкова “мужик Кольцов”.

* * *

У нас в Орехово-Борисове у метро “Красногвардейская” вознесся к небу баннер, он продержался недолго и не произвел никакого впечатления на жителей нашего спального района.

не прелюбодействуй!

* * *

– В детстве я ненавидел музыку, – рассказывал Миша Альперин, когда мы стали друзьями. – Я бежал из музыкальной школы домой по мосту и с наслаждением сбрасывал с этого моста партитуры! Это доставляло колоссальную радость – видеть, как ноты летят над пропастью и плывут по воде. Но! Когда мы получаем солидный багаж, у нас появляется возможность забыть, чему нас учили, и понять, наконец, что мы живем в прекрасном мире, где есть всё!

* * *

Выбравшись из кофейни, Ерёма позвал к себе пить самодельный портвейн.

– Из чего?

– Из слив!!! – ответил он с удивлением. – А из чего же еще можно делать портвейн???

* * *

Я уходила к “Маяковке”, а он стоял на улице и смотрел мне вслед.

Больше мы с ним никогда не виделись.