Золотой воскресник

По ходу чтения он одарил нас бесценными рекомендациями – сценарными и режиссерскими.

– А что касается ваших эскизов Тушканчика, – обратился к Ардову Хитрук, – я вам, Боря, прямо скажу: когда он у вас стоит на этих ляжках, то теряет всякую обаятельность.

* * *

Позвонила Рине Зелёной, спросила, не согласится ли она озвучить в нашем фильме роль Черепахи.

– Обратно черепаху? – возмутилась Рина Васильевна.

* * *

– Я озвучивала первые мультфильмы, которые хоть что-нибудь да значили, – говорила с обидой Рина Васильевна.

* * *

Рина Зелёная – мне:

– Вы будете у меня через полчаса.

– Нет, через полтора.

– Откуда же вы претесь?

И объясняет, как к ней добраться:

– Доезжаете до “Парка культуры”, одна остановка на троллейбусе “Б”. Всех дураков спрашивайте, все будут говорить разное, никого не слушайте, идите мимо громадного дома на курьих ногах, дальше тайга, по ней асфальтовая дорожка, спокойно плетитесь и будьте осторожны – кругом все пьяные! Дом, подъезд, этаж, квартира и код: ДЕВЯТКА, ПЯТЕРКА, ТРОЙКА.

* * *

Несколько дней подряд я приезжала к ней домой на Зубовский бульвар, нажимала на звонок и слышала из-за двери ее несравненный голос:

– Это кто-о? Разбойники?!

* * *

Мы уединились в комнате, я читаю сценарий, а Рина Зелёная комментирует:

– Вылитый Винни-Пух! Содрала у Заходера. И почему все песни нечленораздельно?

– Потому что у них во рту мороженое.

– А как это скажется на оплате?

* * *

Резо Габриадзе предложили участвовать в эротической выставке. Резо нарисовал на холсте белую стену в водяных разводах и написал: “Если долго смотреть на стену женской бани, она становится прозрачной. У автора не было времени, поэтому он нарисовал, что увидел, а вы смотрите дольше, и вы увидите, что хотите”.

– А если смотреть и смотреть, – говорю, – то станут прозрачными посетители бани, и противоположная стенка тоже станет прозрачной, и наблюдателю откроются такие дали, о которых он даже не подозревал!

– Но это уже работа не на эротическую выставку, – возразил Резо, – а туда, где будут пейзажи – Шишкин, Репин, Куинджи – вот эта компания…

* * *

Из Саратова со мной в купе едут два геолога – Миша и Гена.

Миша – мечтательно:

– Импрессионисты в Пушкинском музее! Сходить бы!

– Да что у них смотреть-то? – отзывается Гена.