Шторм и штиль

Она открывала с неожиданной стороны даже самых безнадежных. Курсант военно-морского училища вдруг признавался бабуле, что любит сентиментального Ремарка, и свободно цитировал «Трех товарищей». А твердокаменный десантник галантно подливал бабушке чай и целовал ее худенькую ручку с изящным маникюром.

– Бабуль, ты колдунья! – восхищалась Таня. – Пиковая дама!

– Нет, я не пиковая. Я червовая, – возражала бабушка.

Она ласково смотрела на Таню и – сквозь нее. Бабушкин взгляд скользил по фотографиям, которыми были увешаны все стены.

Бабушка – молодая: счастливая, с зонтиком, с пуделем… Старые черно-белые снимки из давно прошедшей жизни.

– О чем ты думаешь? – требовала Таня.

Бабушка молчала, не признавалась. Потом говорила со вздохом:

– Этот десантник… он неплохой парень. Но ты не спеши, Танечка.

– Вот вы с дедом заладили! – сердилась внучка. – Все не спеши да не спеши! Что же мне – в старых девах сидеть?

Бабушка обещала:

– Я тебе другого наколдую. Настоящего мужчину. Хорошего.

– Такого, как дед? – ревниво спрашивала Таня.

– Даже лучше! – заверяла бабушка.

А дед притворно сердился:

– Что? Что ты сказала? Лучше меня?

…В Южнороссийске, где они жили, росли пирамидальные тополя и серебрилось на ветру море. У Татьяны все удавалось с работой (она служила переводчицей в пароходстве). А вот с кавалерами дела обстояли неважно. Портовый, вечно спешащий город. Местные молодые люди тоже спешили, торопили Татьяну. Кто звал ее в постель, кто сразу замуж. А она все ждала чего-то.

Чего-то такого, как у бабушки с дедом. Чтобы можно было прожить рядом полжизни и в старости сказать, как говорила бабуля: «Вот вижу в окно: идет с работы мой Саша. И на душе тепло-тепло сразу становится…»

– Откуда у вас такая любовь? – допрашивала Таня бабушку.

Старушка только плечами пожимала, трепала внучку по волосам.

Таня знала наизусть семейную историю о встрече бабушки с дедом.

Саня нашел свою любовь на пирсе.

Пирс выдавался далеко в море, на нем сладко пахло засохшими мидиями и йодными водорослями.

Бабушка, как сейчас Таня, все ждала чего-то… Она любила по вечерам стоять на пирсе и смотреть на бухту. Недоброжелатели хмыкали: «Прямо «Алые паруса»! Прынца высматривает!» А друзья предупреждали, что на пирсе опасно – слишком безлюдно, можно напороться на хулигана.

Саня, загорелый, с обожженными солнцем волосами, проходил мимо на моторке. Увидел одинокий стройный силуэт, белое платье на фоне заката, в руках – смешной кружевной зонтик.