Айбала. История повитухи

Тагир, перестав слышать шаги повитухиной дочери, обернулся и нетерпеливо махнул рукой: давай уже, догоняй! Айбала встрепенулась и ускорила шаг. Ладно, решила она, что-нибудь придумаю, до последа еще далеко.

Тагир в дом не пошел: подождал, пока Айбала войдет внутрь, и отправился к соседям.

На кухне стоял таз с теплой водой, горячая вода грелась в чане на плите. Айбала вымыла лицо и руки, произнесла дуа[22 - Дуа – мольба, обращение к Аллаху. Обычно мусульмане просят Аллаха о помощи, начиная любое дело.

Дом Джабаровых был очень маленький: кухня, хозяйственная пристройка и две комнаты, поэтому Джамиля рожала детей в спальне, на той же кровати, на которой их зачинала. При виде Айбалы она перестала стонать, приподнялась и растерянно спросила:

– А где Шуше Наврузовна?

– Болеет.

Джамиля даже забыла про схватки. Ее озадаченное лицо блестело от пота.

– Ты пришла, чтобы снять боль? – спросила она.

– Нет. – Айбала присела на край лежанки. – Я пришла, чтобы принять ребенка. Не волнуйся, – добавила она, увидев беспокойство в глазах Джамили. – Я знаю, как надо. Мама меня научила.

– Тогда хорошо. – Джамиля улыбнулась и тут же скривилась. – Вуй, как больно! Который раз рожаю, а все никак не привыкну.

– Давно началось? – спросила Айбала, положив ладони на выпяченный живот Джамили.

Она очень боялась, что плод перед самыми родами перевернулся неправильно, но говорила и смотрела уверенно, чтобы не передать роженице свой страх.

– Часа два назад, ребенок скоро выйдет. Он головкой вот сюда упирается, – Джамиля показала рукой. – Твоя мама велит тужиться, когда так стало.

– Тогда тужься, – согласилась Айбала.

Ей оставалось только смотреть, как Джамиля, побагровев от натуги, выгибается в попытке исторгнуть дитя, как бессильно падает на подушку, пережидает схватку и выгибается снова.

– Не хочешь походить? – спросила Айбала.

Джамиля помотала головой, зажмурилась, напряглась, закряхтела и родила головку.

– Немного осталось, – подбодрила Айбала. – Давай не останавливайся.

Показались плечики. Айбала подставила ладони и ждала. На очередной потуге ребенок выскользнул ей в руки. Она едва не выронила его, обмерла от ужаса, но удержала. Положила на пеленку, вынула из сумки ножницы и перерезала пуповину так, как делала мать.