Десятый сосед

– Может быть, по бульвару? – предложила я. Вечерами там как раз гуляли такие компании, и я часто представляла себя в одной из них – громко смеющейся, в новой белой джинсовой юбке и с сигаретой.

– Да ну, – сплюнул прыщавый. – Там бабки опять разорутся. В лесу можно костер развести, выпить нормально, удобнее там, опять же.

– Выпить?

Не то чтобы я не пробовала алкоголь, но бокал шампанского на новый год и день рожденья или банка пива на двоих с Верой, попирая все заветы мамы – это совсем не то, что несколько бутылок вина, звякнувших в рюкзаке у одного из наших новых друзей.

Но смешно отказываться, не водка же.

Вино оказалось красным сухим, и я, конечно, рассказала, что, по мнению моей мамы, положено пить приличным девочкам и где курят приличные женщины. Пластиковый стаканчик в моей руке мялся и протекал, роняя густо-красные винные капли на джинсы и свитер, я пыталась их стирать пальцами, случайно комкала стаканчик еще сильнее, и все начиналось с начала.

Прыщавый предложил отойти покурить, раз приличная девушка не должна этого делать за столом. Это показалось мне логичным, и я пошла за ним – но закурить он мне не дал, сразу, едва полянку заслонили деревья, облапав и засунув язык мне в рот. Это совсем не походило на мой первый и пока единственный поцелуй в прошлом году. Это было как-то… слишком. Нагло, мокро и практически насильно.

А уж когда он без перехода принялся расстегивать мои джинсы, почему-то приговаривая «Тихо, тихо, тихо!», я совсем растерялась и вместо того, чтобы убежать или позвать Веру, начала рассказывать ему, что ребята обидятся, что мы ушли так надолго, что надо вернуться к ним.

Но он только хохотнул и сообщил, что ребятам там и без нас весело, и его рука совсем внаглую забралась мне в трусы.

Страх взвился ледяным вихрем из позвоночника, раскрутился тайфуном в голове, так и не подарив мне протрезвления, зато подарив какую-то отчаянную смелость.

Я рванулась из рук прыщавого, но не на свободу, а к полянке, где Вера была уже без куртки и свитера – и один из парней присосался к ее губам, а второй возился с молнией на своих джинсах.

По ее мутным глазам было понятно, что выпила она гораздо больше меня. Я потянула ее за локоть, уворачиваясь от чужих рук, но она только отмахнулась, рассмеялась, сказала, что ей и здесь хорошо.