Путешествие на Запад. Том 3

 – Что ты понимаешь! Если хочешь, чтобы я не приходил больше сюда и простил тебя, сейчас же отдай мне моего наставника и его спутников, вырази свою покорность и попроси у меня прощения.

– Те трое, о которых ты говоришь, – отвечало чудовище, – уже обмыты и скоро их зарежут. Чего же ты здесь путаешься? Убирайся вон!

Сунь У-кун, услышав слово «резать», сразу же подпрыгнул, щеки у него запылали жаром, он перестал важничать и, не помня себя от гнева, стал размахивать кулаками, боком приближаясь к чудовищу и стараясь вцепиться ему в морду.

Чудовище пустило в ход свое длинное копье и заслонилось другой рукою. Сунь У-кун стал прыгать то слева, то справа, дразня дьявола, который пустился вдогонку за ним, все удаляясь от пещеры. Дьявол, видимо, не догадывался о хитром замысле Сунь У-куна. А Сунь У-кун кликнул архатов, которые бросили в злого дьявола крупинки философского камня. То были замечательные крупинки. Вы только послушайте, читатель, что произошло:

Горы покрылись глубокою мглою,

Грозный туман навис над землею,

Сонмы крупинок взвивались, роились,

К небу взлетали и долу стремились,

То собирались в тяжелую тучу,

То рассыпались по каменным кручам,

То устремлялись сплошною лавиной

Вниз по обрывам – в леса и долины.

Птицы небесные сбились с пути,

Странник не может дороги найти,

И за порог не идет домосед,

Кличет в тревоге соседа сосед,

В мраке не видно ни зги, ни огня,

Ночь наступила средь ясного дня…

Мчатся крупинки, не зная покоя,

Сеются в воздухе тонкой мукою,

Солнечный свет закрывая собою

Белой стеною – сплошной пеленою.

То эликсира бессмертья частицы!

Может ли вещий полет их сравниться

С прахом, что летней порою клубится,

С пылью, летящей вослед колеснице?

Кто же творец небывалого чуда?

Мудрые старцы, приверженцы Будды,

Только едва овладев талисманом,

Землю и небо застлали туманом,

Свет обратили в печальную тень,

Мраком одели сияющий день,

Бурно призвали и тьму, одержимы

Думой одною и целью единой —

Чарами демона злого опутать,

Снежною сетью обвить и окутать,

Грузом тяжелым к земле придавить,

Чтобы его, наконец, изловить.

Тем временем злой дьявол, которому бесчисленные песчинки засоряли глаза, наклонил голову, и тут же почувствовал, что ноги его увязли в глубоком песке; он так перепугался, что весь вытянулся и подпрыгнул, но не успел стать на землю, как снова увяз. В сильном волнении он стал попеременно вытаскивать то одну, то другую ногу.