Время любить

Он работал техническим директором в стамбульской компании, занимавшейся импортом радиоламп.

– Ференц непременно захочет с вами познакомиться. Здесь ему очень одиноко, его семья осталась в Венгрии. Хочу его пригласить к нам в одно из ближайших воскресений. Вы же не против?

Самуэль Шульман сначала было нахмурился, но, подумав, наконец произнес:

– Ну хорошо, пусть приходит! Посмотрим!

– Прекрасно! Вообще-то… Честно говоря, я его уже пригласила на завтра. Если бы вы не смогли его принять, я бы, конечно, отказала.

– Еще бы, – проворчал отец. – Кто в наше время приглашает к себе. Ну а ты, я вижу, все прекрасно сама устроила, даже нас не спросив.

– Папочка! Я уверена, он всем вам очень понравится!

– Завтра, как только звезды появятся[19 - Согласно иудейским традициям, шабат начинается за 18 минут до захода солнца в пятницу вечером и продолжается в субботу до тех пор, пока на небе не покажутся три звезды; время наступления и окончания шабата меняется в зависимости от времени года.

На следующий день рано утром Самуэль Шульман, как обычно по субботам, направился в синагогу квартала Йель-Деирмени, чтобы провести время в молитве. По возвращении он позавтракал, а затем расположился в кресле в фортепианной комнате. Следом вошла Фрида, подошла к отцу, который поцеловал ее в щеку, а после этого уселась в угол с учебником.

– Я позанимаюсь до обеда, папочка, – сказала она.

В доме Самуэля Ароновича Шульмана по субботам работать и учиться не разрешалось. Но он прекрасно понимал, что у дочери нет другого времени, и поэтому старался не выказывать недовольства.

Броня Шульман уселась рядом с мужем. Она открыла журнал мод, но было ясно, что все ее мысли заняты только тем, что поставить на стол к приходу гостя вечером.

Эммы с ними не было. «Наверное, у себя, или книжку читает, или все представляет, как пройдет семейный ужин с Ференцом», – подумала Фрида. Ей и самой было интересно, что это за молодой человек.

Внезапно зазвонил телефон. Самуэль недовольно посмотрел на маленькую черную звенящую коробочку, словно его строгий взгляд мог заставить телефон замолчать. Фрида с матерью вскочили одновременно.