Пирамиды роста

Вечером позвонила Юлия Измайловна:

– Ещё не разочаровались в «герое нашего времени»?

– Нет, – ответила Валя сдержанно.

– Слышали о главнокомандующем сухопутных войск Эдуарде Воробьёве? Он думал целую ночь и утром написал Грачёву рапорт, что совесть не позволяет вводить войска в Чечню. С него сняли погоны!

– Виктор не занимается войной, – запротестовала Валя.

Юлия Измайловна теперь каждый раз вскрывала её личную жизнь, как консервную банку:

– Но он ни разу не выступил против! Хотите, свожу вас к солдатским матерям? Сутки посидите в их офисе, узнаете, почём фунт лиха!

– Мне предложили передачу вести на телевидении, – робко не то сказала, не то спросила Валя.

– Вам????? – ответила Юлия Измайловна и добавила после паузы: – Горяев очень щедр.

– Он не в курсе, ему это помешает на выборах, – вспыхнула Валя. – Продюсерша увидела меня у Горбушкиной.

– Не верю, что на телевидение можно попасть за данные. И порадуюсь, если жизнь лучше, чем я о ней думала.

– Юлия Измайловна, эта продюсерша, между прочим, закончила физфак МГУ, – словно оправдалась Валя.

– Тогда зачем ей эта грязь?

Валя хотела сказать в ответ, что Рудольф, как и многие другие, хочет заниматься живым делом, а не ныть, что физикам платят копейки. Но от желания взбунтоваться стало стыдно, ведь это Юлия Измайловна открыла ей глаза на мир и заставила работать мозгами.

– Ей нравится работа на телевидении, – мягко ответила Валя.

– Но вы не представляете, какие деньги там крутятся!

– Была в её квартире, теперь догадываюсь.

– Допускаю, что моя мизантропия неуместна, но давайте посмотрим, что из этого выйдет.

Горяев так и не нашёл в августе времени на Свена, и тот постоянно жаловался Вале. Чтобы в очередной раз пожаловаться, повёз Валю ужинать в огромный ресторан «Яр» на Ленинградке.

– Мне предложили вести телепередачу, – похвастала Валя.

– Это есть не хорошо. Это есть артистка. Моя бабушка говорила, работать артистка – плохой тон, – насупился Свен.

– Насильно не заставят.

– Папарацци бежать за Валья… Ты заболеешь болезнь звезда!

– Свен, почему все мужчины хотят, чтоб я застыла, как муха в янтаре, и больше не росла? – спросила Валя.

– Для шведа уважать женщина, как дышать воздух. Все шведы есть феминист, – возразил он. – Но Валья не надо двигаться. Валья уже есть.

– Твоя жена занимается наукой, – вспомнила Валя.