Дженни Герхардт

– Что это с тобой случилось? – спросил Джордж, когда она вошла в комнату.

– Да ничего, – ответила она, но тут же объяснила матери: – Мистер Брэндер проходил мимо и увидел нас.

– Вот как? – обрадовалась миссис Герхардт. – Стало быть, он вернулся. Но почему же ты убежала, глупенькая?

– Просто мне не хотелось, чтоб он меня видел.

– Ну, может, он тебя и не узнал, – сказала мать не без сочувствия.

– Да нет, узнал, – прошептала Дженни. – Он меня раза три окликнул.

Миссис Герхардт покачала головой.

– Что случилось? – спросил Герхардт, услышав разговор и выходя из соседней комнаты.

– Ничего, – ответила жена, которой вовсе не хотелось объяснять, какую большую роль сенатор стал играть в их жизни. – Какой-то человек напугал их, когда они несли уголь.

Позже в тот же вечер прибыли рождественские подарки и повергли все семейство в крайнее волнение. Герхардт и его жена не могли поверить своим глазам, когда фургон бакалейщика остановился у их дверей и рассыльный, здоровый малый, стал перетаскивать в дом пакеты.

После безуспешных попыток убедить рассыльного, что он ошибся, Герхардты с вполне понятной радостью стали рассматривать всю эту благодать.

– Да вы не беспокойтесь, – уверенно сказал рассыльный. – Уж я знаю, что делаю. Ваша фамилия Герхардт, верно? Ну вот, это вам и есть.

Миссис Герхардт не могла усидеть на месте и, взволнованно потирая руки, повторяла:

– Ну разве не чудесно!

Сам Герхардт расчувствовался при мысли о щедрости неведомого благодетеля и склонен был приписать случившееся доброте крупного местного фабриканта, у которого он когда-то служил и который неплохо к нему относился.

Мать семейства подозревала истинный источник нежданной радости и была тронута до слез, но промолчала. Дженни же сразу догадалась, чьих это рук дело.

На второй день Рождества Брэндер встретился в отеле с миссис Герхардт – Дженни осталась дома присмотреть за хозяйством.

– Как поживаете, миссис Герхардт? – приветливо воскликнул он, протягивая руку.

 – Как встретили праздник?

Бедная женщина робко пожала руку сенатора, глаза ее мгновенно наполнились слезами.

– Ну-ну, – сказал он, похлопывая ее по плечу. – Не надо плакать. И не забудьте взять у меня белье в стирку.

– Не забуду, сэр! – ответила она и хотела еще что-то сказать, но он уже отошел.

Теперь Герхардт постоянно слышал об удивительном сенаторе из отеля, о том, какой он любезный и как много платит за стирку.