Блондинка

Но девочка сопротивлялась, вырывалась, ускользала, кричала: Нет! Нет! Такая большая, сильная, своевольная, перечит материнскому слову, отказывается идти в ванную, не хочет, чтобы ее поднимали и сажали в чистую, обжигающе горячую воду. Борется, вырывается из голых, цепких рук матери, выбегает из распаренной ванной.

– Все из-за тебя. Из-за тебя он ушел. Это ты была ему не нужна. – Эти слова произнесла она почти спокойно, вслед перепуганной девочке, и те ударили ей в спину, словно пригоршня колючей щебенки.

Голая девочка сломя голову выбежала в коридор и застучала в соседскую дверь с криком:

– Помогите! Помогите нам! – Но ответа не было. Тогда девочка побежала дальше и застучала во вторую дверь с криком: – Помогите! Помогите нам! – Но ответа не было. И тогда девочка подбежала к третьей двери и застучала в нее изо всех своих сил, и на этот раз дверь отворилась, а за дверью стоял удивленный молодой человек, загорелый, мускулистый, в майке и тренировочных брюках, стоял и смотрел на нее сверху вниз.

Первым делом молодой человек сорвал со спинки стула собственную рубашку и укутал в нее девочку, чтобы прикрыть ее наготу, а потом сказал:

– Вот и все, малышка. Говоришь, твоя мама больна? И что же с ней случилось?

Тетя Джесс и дядя Клайв

Она меня любила.

– Твоей мамочке уже лучше. И теперь ее можно навестить, Норма Джин.

Это говорила мисс Флинн, а мистер Пирс стоял у нее за спиной, в дверях, и выглядели оба так, словно на плечах у них был гроб с покойником. У подруги Глэдис Джесс Флинн веки покраснели, а кончик носа дергался, словно у крольчихи. Друг Глэдис Клайв Пирс все время поглаживал подбородок, нервно так поглаживал подбородок и перекатывал во рту мятный леденец.

– Твоя мамочка зовет тебя, Норма Джин, – сказала мисс Флинн. – Врачи говорят, что теперь ей лучше и к ней уже можно. Ну так что, поедем?

Поедем? Разговор прямо как в кино, и девочка насторожилась, почуяв опасность.

Нет, в кино нужно отыгрывать роль. Нельзя выказывать своих подозрений. Потому что заранее ничего не известно. Вот если посмотреть фильм второй раз, тогда совсем другое дело.