Блондинка

Предпочел зарабатывать на жизнь и сохранять независимость. Устроился подручным бальзамировщика в самое старое и престижное похоронное бюро Мишен-Хиллз. И Глейзеры по всему городу хвастались, что их сынок скоро станет настоящим бальзамировщиком, а от бальзамировщика всего один шаг до врача, который делает вскрытия, до патологоанатома. Кроме того, Баки подрабатывал на авиационном заводе «Локхид», в ночную смену, стоял на конвейере, с которого сходили потрясающие бомбардировщики типа Б-17, способные разбомбить к чертовой матери всех врагов Америки.

Да, Баки планировал поступить в Вооруженные силы США и сражаться за свою страну, это он дал понять своей невесте Норме Джин с самого начала.

Все ускорилось! Такие уж времена.

На свадьбе отмечено было также, что гости в основном были со стороны жениха. Глейзеры и их многочисленные родственники, люди с широкой костью и добродушными физиономиями, типичные здоровые американцы, все похожие друг на друга, несмотря на разный пол и возраст, разместились на скамьях в маленькой оштукатуренной церкви, куда их загнали на церемонию.

По сигналу они дружно поднимутся со скамей и будут изгнаны на улицу. Мужчины принадлежали к Первой Церкви Христа, а потому чувствовали здесь себя как дома и во время брачной церемонии важно кивали.

Со стороны невесты присутствовали лишь ее приемные родители Пириги да два тощих, непохожих друг на друга паренька, названные приемными братьями, а также несколько девочек, подружек Нормы Джин по школе, – все до одной сильно накрашенные.

Была здесь и плотная женщина с химической завивкой, в синем саржевом костюме, представившаяся до начала церемонии «доктором» и вдруг начавшая сипло рыдать, когда священник обратился к невесте с вопросом:

– Согласны ли вы, Норма Джин Бейкер, взять в мужья этого мужчину, Бьюкенена Глейзера, и жить с ним в бедности и богатстве, здравии и болезни, пока смерть не разлучит вас? Во имя Отца нашего Господа и Его единственного Сына Иисуса Христа!

И невеста, сглотнув, прошептала:

– О да, сэр.

Дрожащим сиротским голосом. Это на всю жизнь.

Доктор Эдит Миттельштадт подарила новобрачным «фамильный» чайный сервиз из стерлинга: тяжелый чайник в узорах, сливочницу, сахарницу и серебряный же поднос, – впоследствии Баки заложит все это в Санта-Монике за смешные двадцать пять долларов.

При этом ему придется пройти через унизительную процедуру снятия отпечатков пальцев, а Норма Джин, вся малиновая от смущения, будет смотреть на него и хихикать.