Блондинка

Черт, до чего же ей было хреново! Если б она могла, то вышибла бы этого Уоррена из дома, под зад коленом, и оставила бы Норму Джин. Но это, разумеется, было невозможно. Этот мир принадлежит мужчинам, и женщине, чтобы выжить, приходится предавать своих сестер.

Элси держала рыдающую девочку в объятиях, крепко закусив губу, чтобы не разрыдаться самой.

– Норма Джин, хватит. Слезами горю не поможешь. В ином случае нам жилось бы куда лучше.

2

Я не хочу замуж, я еще слишком молода!

Я хочу стать медсестрой женской вспомогательной службы. Хочу уехать за океан.

Я хочу помогать страдающим людям.

Эти английские ребятишки, израненные, искалеченные. Некоторые были погребены под развалинами. И родители у них погибли. И никто их теперь не любит.

Я хочу быть сосудом Божественной Любви. Хочу, чтобы через меня воссиял Господь.

Я могу и убежать. Могу убежать в Лос-Анджелес и там записаться в армию. Бог услышит мои молитвы.

Ее парализовало от ужаса. Рот открыт, челюсть отвисла, дыхание частое, как у собаки, в висках стучит кровь, в ушах ужасный шум. Она разглядывала фотографии в «Лайфе», кто-то оставил журнал на кухонном столе. Ребенок с опухшими веками и без руки; младенец с головы до пят в окровавленных бинтах, видны лишь рот и часть носа; маленькая девочка, лет двух наверное, с синяками под глазами и измученным, истощенным лицом.

Вошел Уоррен Пириг и забрал у нее журнал. Вырвал из онемевших пальцев. Голос у него был низкий, сердитый и в то же время снисходительный. Он всегда говорил так, когда они оставались наедине.

– Нечего тебе на это смотреть, – сказал он. – Сама не понимаешь, на что смотришь.

Он никогда не называл ее по имени, Нормой Джин.

3

Их звали Хокай, Кэдуоллер, Дуэйн, Райан, Джейк, Фиск, О’Хара, Скоки, Кларенс, Саймон, Лайл, Роб, Дейл, Джимми, Карлос, Эзра, Фулмер, Марвин, Грюнер, Прайс, Сальваторе, Сантос, Портер, Хэринг, Уиддос.