Собрание сочинений в шести томах. Т. 5: Переводы. О переводах и переводчиках

Дышат паром стальные челюсти,

Золото под молотом брызжет в тьму,

Лязг, напор, маховик как пленный вихрь,

И снующие зигзаги ремней

Шестизубьями в такт, в такт

В клочья рвут вылетающее слово.

За стеной – каналы, вокзалы, бег

От заводов к заводам и заводам

Чередой, грядой, в клокоте, в клекоте,

И огни взмывают вдаль, вдаль

В ржавое небо к слепому солнцу.

И в воскресный день

Город спит, как молот на наковальне.

Биржа

Золотой кумир

Над побоищем черных скопищ,

Огненный перекресток

Страха, риска, гордыни и безумия.

Золотой маяк,

И плывут к нему паруса ассигнаций.

Золотой дворец,

Бег вверх, бег вниз, сушь губ, всхват рук,

Вал цифр в вал цифр,

Бьются, рвутся, мчатся, разятся,

Предан, предал, сгинул, выжил,

Слажено, порвано, сторговано, упущено,

Самоубийцам – похороны по первому разряду.

Золотой мираж,

К нему взмолены миллионные руки.

Золотая пирамида, золотой куб,

И на цифрах к нему мостится счастье.

Все в одной петле,

Ненависть работает, как машина.

Золотая ось колеса фортуны.

Порт

Все моря прихлынули к городу.

Порт оседлан тысячею крестов.

Солнце – красный глаз.

Лязг цепей, грохот молотов, рев гудков.

К городу прихлынули все моря.

Море тяжкое, море земледержное,

Море множеств, море – спор и напор,

Взрывы нежности и порывы ярости,

Море – пьяный дикарь – корчует скалы.

Мол, как кнут, перерезает прибой.

Вавилоны! Сплав ста народов!

Город-пасть, город-пясть, схватить весь свет!

Белый норд, желтый юг,

Склады вздыблены: горы, леса и трупы —

Словно в неводе, все на вес и в торг,

Огненные вымыслы сквозь хищные числа

Цедятся в золотой котел.

Знак Меркурия на загаре матроса.

Нефть и уголь дышат в улицы с набережных.

Вспышки катятся по рельсам, и вдаль, и вдаль.

Город дышит миром сквозь поры порта.

Бунт

Улица – летящая лава тел,

Бешено вскинутые руки,

Взрыв, порыв и призыв;

В огненном закате —

Смерть: набат,

Копья, косы и скошенные головы.

Все, что снилось, мнилось, томилось в душах,

Вдруг взметнулось тысячею клинков.

Глухо ухая,

Отмеряют пушки за ревом рев.

Циферблаты как глазницы без век:

Камень, треск, и времени больше нет.

Миг порыва

Перевесил столетия ожидания.