Собрание сочинений в шести томах. Т. 5: Переводы. О переводах и переводчиках

Стало быть, нам осталось одно измыслить решенье:

Есть иль не Есть? Но нами уже решено неизбежно

Бросить неистинный путь, недоступный ни думе, ни сказу,

И на другой восступить путь, сущий и истинно сущий.

Как же Бытному в будущем стать? Как в прошлом начаться?

То, что было, – не есть; не есть и то, что в грядущем.

Вот и погасло Рожденье, и стала неслышима Гибель.

Далее, всё подобно себе, потому – неделимо:

Нет нигде ничего ни больше, ни меньше, – слиянность

Не нарушима ничем.

Всё слиянно, что есть, Бытным к Бытному плотно приникнув.

Так в пределах великих оков существует недвижно

То, чему нет ни конца, ни начала: и Смерть и Рожденье

Изгнаны, их отвела достоверная Истины сила.

Так, само в себе и само по себе пребывает

Бытное там, где оно неизменно лежит. Неизбежность

Мощная держит его, сжав кругом, в оковах предела,

Ибо тому, что Есть, невместна незавершенность.

С ней бы оно нуждалось во всем, а оно есть безнуждно.

Мысль и цель этой мысли – одно: ведь ты не приищешь

Мысли без Бытности той, которая в ней изречется.

Ибо нет ничего и не будет на свете иного,

Кроме Бытного, кроме того, что Мойра в оковах

Держит недвижным и цельным. А все остальное – лишь имя,

Все, что смертные в вере своей как истину ставят,

Все, что есть и не есть, рождается и погибает,

Место меняет свое и меняет яркие краски.

Так как оно – последний предел, то оно завершенно

Сразу со всех сторон, как тело круглого шара,

Вкруг середины всегда равновесного, ибо не нужно

Быть ему ни с какой стороны ни больше, ни меньше.

Ибо Небытного нет, чтоб сдержать его в этом стремленье,

Так же, как Бытного нет, чтобы сделалось больше иль меньше.

Бытное там или здесь: оно везде нерушимо,

Всюду равно себе, едино в сужденном пределе.

Мир мнения: состав мироздания

     Здесь пресекаю свое к тебе достоверное слово

Думы об Истине.

Внемля обманчивый склад моей украшенной речи.

Смертные в мыслях своих положили считать два обличья —

В этом их заблужденье: одно из них вовсе не нужно.

Каждое каждому рознь, и особый у каждого признак,

По рассуждению их: там – эфирное тонкое пламя,

Самый легкий огонь, сам себе повсеместно подобный

И не подобный иному; ему же во всем супротивна

Темная Ночь, тяжка и густа по телесному виду.