Собрание сочинений в шести томах. Т. 5: Переводы. О переводах и переводчиках

Беда ли нас гонит? прибежище ли тянет наш шаг

К соборным стенам? Но какая еще беда

Для нас, для бедных, бедных женщин из Кентербери? Давно

Все несчастья нами изведаны. Нет над нами беды

И нет нам в соборе прибежища. Но есть предчувствие: быть

Деянию, а нам быть свидетелями при нем. Оно

Гонит наш шаг к собору. Свидетельство наше – за нами.

С тех пор как золотой октябрь выцвел в мрачный ноябрь,

И яблоки собраны и убраны, и земля —

как бурые прорези смерти сквозь пустошь грязи и воды, —

Новогодье ждет: ждет, дышит и шепчет в потемках.

Покуда мужик сваливает с ног грязные сапоги и тянет руки к огню, —

Новогодье ждет, ждет судьба: того, что наступит.

Кто в Вечер Всех Святых протянул свои руки к огню

И вспомнил святых и мучеников, которые ждут? Кто протянет

Руки свои к огню и отречется от Господа? Кто обогреется

У огня и отречется от Господа?

Семь лет и еще одно лето прошло,

Семь лет, как покинул нас архипастырь,

Кроткий и добрый к своему люду;

Но если он воротится, это будет не к добру.

Властвует король, властвуют князья,

Разный над нами гнет,

И все же мы оставлены самим себе

И рады, когда мы одни.

Мы стараемся, чтобы в домах был лад,

А купец, сторожкий и хитрый, старается нажить хоть малость добра,

А мужик гнется над своей землей, и лицо его как земля,

И он рад, когда его не видят.

Я боюсь, что четыре тихие времени взбушуют:

Придет зима, и с моря настанет смерть,

Пустошительница весна стукнется у дверей,

Ее корни и побеги выедят нас насквозь,

Гибельное лето выжжет ложе наших рек,

И бедняк будет ждать нового гнилого октября.

Разве станет лето нам утешением

От осенних огней и от дымных зим?

Что нам делать в летнем жару,

Как не ждать в пустых садах нового октября?

Неведомый надвигается мор. А мы ждем, мы ждем,

И святые и мученики ждут, ждут новых мучеников и святых,

И судьба ждет в Божьей руке, дающая облик безликому.

В солнечной стреле видела я сама:

Ждет судьба в Божьей руке, а не в руках владык,

Которые числят и рассчитывают, иные к лучшему, а иные к худшему,

И у каждого своя цель, но все они ложатся в круги времени.

Приходи же, добрый декабрь! Кто тебя встретит и приветит?

Вновь на соломе в убогом доме родится ли Сын Человеческий?

Бедняки мы, деяния – не для нас;

Нам – только ждать и свидетельствовать.