Суер-Выер и много чего ещё

– Я бы повернулась к вам, – сказала вдруг Гортензия, – но мне не хочется менять позу. Вы понимаете? Некоторые люди, имеющие позу, охотно её меняют, а с потерей позы теряют и лицо.

– Госпожа, – сказал Суер, – поза есть поза. Но важна суть дела. Позвольте один вопрос. Вот вы имеете шесть грудей, но на всё это богатство имеется хоть один младенец?

Гортензия повернула голову влево, и тут профиль оказался платиновым.

– Сээээр, – сказала она, – а вы можете представить себе младенца, вскормленного шестью грудями?

– Нет, – чистосердечно признался капитан.

– А между тем такой младенец имеется.

– О боже! Вскормленный шестью грудями! Какой ужас! Невиданный богатырь! Как его имя?

– Ю.

– Ю?

– Ю.

– Всего одна буква! Ю! Какого же он пола?

– Уважаемый сэр, – внимательно сказала госпожа, – подумайте-ка, какого рода буква «Ю»?

– Женского, – немедленно ответил Суер.

– А мне кажется, мужского, – встрял наконец я.

– Почему же это? – раздражённо спросил Суер.

– Извините, сэр, конечно, вы – капитан, вам виднее, но я придерживаюсь совсем другого мнения. Я не стану сейчас толковать о согласных, это, в сущности, должно быть многотомное исследование, но насчёт гласных позвольте высказаться немедленно. Так вот я считаю, что каждая гласная имеет свой род:

А – женского рода,

О – среднего,

Е – женского,

Ё – среднего,

И – женского,

Й – мужского,

Ы – среднего, сильно склоняющегося к мужскому,

У – женского с намёком на средний,

Э – среднего,

Ю – мужского и

Я – женского.

– Все это высказано убедительно, – сказал Суер-Выер, – но и как-то странно. Похоже или на белиберду, или на научное открытие, правда подсознательное. Но насчёт буквы, или, верней, звука «Ю», я совершенно не согласен. «Ю» – как нежно, как женственно звучит.

– Нежно, возможно, – завёлся вдруг я, – но ведь и мужественное может звучать нежно, чёрт подери! А что вы все привыкли – «Бэ» да «Вэ», «Гэ» да «Дэ».

– Ну и что?

– Да как же так, сэр? Палка и кружочек, вы вдумайтесь! Палка и кружочек, да ещё они соединены чёрточкой! Это же целый мир, сэр! Это вселенная, это намёк на продолжение рода и вечность всего сущего!

Гортензия неожиданно засмеялась.