Суер-Выер и много чего ещё

Таковы условия игры… Это уж мне… как капитану полагается две.

– Ну что же, сэр. Вы капитан, вам и решать. Попрошу отделить мою долю от группы её сотоварищей.

– Сейчас отделим, – сказал капитан, встал и, заложив руки за спину, принялся дотошно изучать женщин.

– М-да… – говорил он как бы про себя, – м-да-с, задачка-с… Но с другой стороны, с другой-то стороны, я всегда был справедлив, поровну делил с экипажем все тяготы и невзгоды, поэтому, как благородный человек, я не могу позволить себе лишнего. Итак, одна – твоя, другая – моя, а третья – лишняя.

– Вряд ли, дорогой сэр, вряд ли кто из них захочет быть лишней. В конце концов, мы этим можем обидеть вполне достойную особу. Это не украсит нас с вами, сэр, нет, не украсит. Пойди-ка скажи прямо в лицо человеку: ты – лишний. Это же оскорбление!

– Тьфу! – плюнул капитан. – Какого чёрта мы не взяли боцмана? Ладно, пусть будет по-твоему. Явление так явление: следующее – твоё! Забирай всех троих, а я пошёл дальше.

– Вот это гениально, сэр! – обрадовался я.

– Стоп! – сказал Суер.

– В чём дело, кэп?

– Ты неправильно оценил мой поступок. Ты назвал его гениальным. Нет – это добрый, это благородный поступок, но – не гениальный.

– В данной ситуации это вполне уместное преувеличение, сэр, – потупился я.

– А как бы хотелось найти гениальное решение! Да, теперь я понимаю Калия Оротата. Всё вроде бы хорошо, но – не гениально.

– Постойте, сэр. Эти женщины – мои, но следующие – ваши. Я беспокоюсь, что ждёт вас впереди, ведь там на какой-нибудь берёзе могут сидеть сразу пять или десять голых женщин. Это может печально кончиться.

– Как-нибудь разберусь.

Сэр Суер-Выер застегнул китель, стряхнул с рукавов пылинки и, откозыряв дамам по-капитански, направился прочь.

Он прошёл пять шагов и вдруг круто развернулся.

– Идти мне дальше незачем, – с неожиданной строгостью во взоре сказал он.

– Это малогениально, сэр. Вы сами были за справедливость.

– Все справедливо. Итак, послушай: одну женщину – тебе, другую – Суеру, а третью – Выеру.

Глава XXXV

Бездна наслаждений

Благородные дамы всё это время внимательно слушали нас, хотя и не проронили ни слова. Их веское молчание подчёркивало природное благородство.