Наследники земли

– Прочь отсюда, собака!

– Разбойник!

– Проси еду у своего господина!

Несмотря на многочисленные пинки и шлепки по голове, Уго продолжал ползти вперед, извиваясь и вонзая зубы в икры тех, кто не желал посторониться. Таким образом он достиг переднего ряда и служителей с корзиной. Бедняки, ждавшие своей порции хлеба, пытались остановить мальчика, но он все-таки сумел просочиться мимо них к дверям госпиталя. Один из служителей проследил взглядом за мальчиком, скривился, пожал плечами и вернулся к раздаче хлеба.

Он бежал без оглядки, пока не оказался в центре длинного зала. Здесь он перегнулся пополам, упер ладони в коленки и остановился, чтобы перевести дух. Оглянулся на двери – никого. Происходившая снаружи потасовка как будто не могла проникнуть под эти своды. Вдоль стен стояли ряды кроватей, на некоторых лежали сразу по два человека. Почти все молчали или же издавали жалобные стоны. Мальчик глубоко вздохнул. К нему приближалась полная женщина.

– Тебе нельзя здесь находиться, – тихо, но сурово сказала она. – Если ты хочешь хлеба…

– За мной гонятся.

Даже эти слова дались Уго с трудом. А перепалка за дверью вспыхнула с новой силой.

Женщина секунду поразмыслила, прислушиваясь к крикам.

– Ладно, ступай за мной, – велела толстуха.

Они вышли из зала через боковую дверь и оказались во дворе, где играли дети. Пересекли его торопливо, причем женщина приложила к губам палец, призывая к молчанию кормилиц с младенцами на руках.

«Винный погреб», – определил Уго в потемках, ощутив характерный запах. Скрип ключа в замке отозвался внутри гулким эхом. Почему она его заперла? Единственным источником света в помещении служило окошечко в закрытой двери.

Уго подкатил старую бочку, залез на днище и приник к окошку. Толстая ключница, бурно жестикулируя, что-то объясняла хорошо одетому мужчине.

– Нет! – закричал пленник.

Он попробовал открыть дверь – ничего не получилось. Выглянул во двор – одна из кормилиц, поймав его взгляд, покачала головой.

– Не может быть! – заскулил Уго.

В полутьме он разглядел несколько чанов и выдолбленных в каменном полу ям, дальше стояли бочки. Ни другого окна, ни второй двери в винном погребке не было.