Люси Краун

По его словам, он хочет, чтобы я понял – мир не то место, где пятеро преданных женщин с ног сбиваются, чтобы угодить тебе.

– Что вы намерены делать после окончания колледжа? – спросил Оливер.

Баннер был ему симпатичен, но он хотел знать, к чему стремится парень.

– Я собираюсь поступить на дипломатическую службу, – сказал Баннер.

– Почему?

– Хочу путешествовать. Посмотреть другие страны. В шестнадцать лет зачитывался «Семью столпами мудрости».

– Сомневаюсь, что вас пошлют командовать отрядом колониальных войск, – заметил Паттерсон, – как бы высоко вы ни поднялись в госдепартаменте.

– Конечно, дело не только в этом, – сказал Баннер. – У меня есть предчувствие, что в ближайшие годы могут произойти события большой важности, и я хочу быть в самой их гуще. – Он засмеялся. – Когда говоришь всерьез о своих жизненных планах, трудно не показаться напыщенным ничтожеством, верно? Может, я вижу себя произносящим за столом переговоров: «Нет, Венесуэлу я не отдам».

Оливер посмотрел на часы и решил направить беседу в более конкретное русло:

– Скажите, мистер Баннер, вы спортсмен?

– Я немного играю в теннис, плаваю, бегаю на лыжах…

– Я имею в виду, состоите ли вы в какой-нибудь команде, – уточнил Оливер.

– Нет.

– Прекрасно, – сказал Оливер. – Спортсмены так следят за собой, что доверять им других людей нельзя. А мой сын требует внимания…

– Знаю, – согласился Баннер. – Я его видел.

– Да? – удивился Оливер. – Когда это?

– Я здесь уже несколько лет, – сказал Баннер.

– Вы живете сейчас у нее?

– Да.

– Зачем вам эта работа? – неожиданно спросил Оливер.

Баннер улыбнулся.

– Причина обычная, – ответил он. – Плюс возможность постоянно находиться на воздухе.

– Вы бедны?

Баннер пожал плечами.

– Во время Депрессии мой отец устоял на ногах. Но хромает до сих пор.

Оливер и Паттерсон понимающе закивали.

– Вы любите детей, мистер Баннер? – спросил Оливер.

Юноша задумался.

– Примерно так же, как большинство людей, – сказал он наконец. – Но есть несколько детей, которых я охотно замуровал бы в бетонную стену.

– Ответ честный, – произнес Оливер. – Надеюсь, Тони к их числу не относится. Вы знаете, что с ним?

– Кажется, кто-то говорил мне, что у него ревматизм.

– Верно, – сказал Оливер. – С осложнением на глаза. Боюсь, ему долго придется с этим считаться.

Оливер посмотрел на озеро.