О нечисти и не только

– Тшшш-шшшш, – жена Гирша в ночной рубашке стояла над мальчиком и гладила его горячий лоб. – Тебе сон плохой приснился, да? Ну иди сюда, иди.

Сняла его с печки, где он спал с остальными детьми. Печка была небольшая, но детишки были до того худенькими, что без труда помещались все вместе под старой шинелью Гирша.

– Тшшш-тшшш, – женщина прижала к себе мальчика и пошла с ним за занавеску. – Гирш, подвинься. Слышишь, Гирш, подвинься же ты. Малыш ляжет с нами.

Албарсты

– Вы слышите, что я говорю? Вам для оформления пенсии нужно трудовую принести.

– Так вот же она, дочка!

– Это не трудовая. Это вообще непонятно что… Какой-то паспорт экспоната. Вы читать умеете?

– Нет…

– Ох, ну ладно, – девочка в собесе наконец сжалилась над Албарсты[20 - Албарсты – в кыргызской и казахской демонологии – злое горное существо, своим видом и повадками напоминающее снежного человека. (Здесь и далее – примеч. автора.)]. – Я начну оформлять пенсионное, а вы потом принесёте… Последнее место работы?

– Музей.

– В войнах участвовали?

– Да.

– В каких?

Албарсты на минуту задумался. Потом, загибая кривоватые грязные пальцы, принялся перечислять:

– С джиннами воевал, с желмогуз кемпир[21 - Желмогуз кемпир – злое демоническое существо с семью головами.]. Ещё с жез тырмак[22 - Жез тырмак – демон с медными когтями.]… Да, было дело…

– Байке[23 - Байке – уважительное обращение к старшему мужчине.], вы с немцами воевали? – девушка начала раздражаться.

– А это когда было?

– Так, слушайте, уважаемый, если вы с утра уже того… приняли, то идите домой, не надо мне тут голову морочить!

– Но я…

– Всё! Завтра приходите, завтра! И трудовую не забудьте.

Албарсты махнул рукой на глупую девушку и вышел на улицу. Ноябрь в Бишкеке выдался особо слякотным и противным. Пока добрёл до музея, все ноги промочил. Надо дождаться директора – он грамотный, он пусть документы готовит. А пока других дел полно: в фойе школьники натоптали, грязь нанесли; какой-то пьяный дурак ночью камнем в окно запустил – надо бы проверить, не пошла ли дальше трещина; а в витрине с представителями животного мира степей опять моль завелась – обгложет последнюю лису проклятая, что потом будем делать?

Албарсты, чихая, растирал в ладонях сушёную лаванду и посыпал ею чучело степной лисички.