Узкая дверь

– Сэр! Это не мальчик, сэр!

– Вы разве не знаете, сэр, чем мальчик отличается от девочки?

Хохот и насмешки звучали все громче. И направлены они были в основном не на меня, но и я, тем не менее, оказалась подхвачена этим буйным вихрем неповиновения. Он крутил меня, как водоворот щепку; он ударял в меня с силой океанских волн; он насмехался надо мной голосом моего брата. Скунс решительным шагом вернулся к лестнице, поднялся по ней и остановился передо мной. Лицо его было искажено яростью, извиняться он явно даже не собирался.

– Какого черта вы здесь торчите? – проорал он прямо в мое растерянное лицо. – Это вам не променад! Посетителям полагается входить в школу через центральную дверь!

Я ухитрилась промямлить что-то насчет своего желания немного осмотреться, но этим, похоже, вызвала лишь очередной взрыв его гнева. Голос Скунса, и без того громоподобный, теперь заполнял собой все здание школы. На какое-то мгновение я снова почувствовала себя пятилетней, когда мне казалось, что меня проглотил кит, который говорил со мной голосом мистера Смолфейса – тем самым, что гулким ревом доносился из водопроводных труб.

– Это школа, мадам, а не зоопарк! Ступайте к главному входу и спросите там секретаря!

Да, вам, Рой, должно быть, почти невозможно себе представить, что Скунс оказался способен до смерти меня напугать. Но поймите, я ведь была тогда еще очень молода. И совершенно не готова к столь свирепому приему.

В общем, я развернулась и позорно бежала, слыша за спиной взрывы нахального мальчишеского смеха и думая – уже не в первый и далеко не в последний раз, – что, должно быть, совершила ужасную ошибку, согласившись на эту работу.

Глава шестая

«Сент-Освальдз», академия, Михайлов триместр, 5 сентября 2006 года

Итак, прямо в первый же день Михайлова триместра я отправился осматривать окрестности будущего Дома Гундерсона. Там все было по-прежнему, однако дыра в изгороди оказалась заделана толстой проволокой.