Мужчины не ее жизни

Быстро переменив тему, она сказала ему, что Тед на самом деле не бросил учебу в Гарварде. Его попросили взять академический отпуск…

– …в связи с «неисполнением обязанностей студента» – так, кажется, это называлось, – сказала Марион.

На каждом заднике в сведениях об авторе сообщалось, что Тед Коул бросил учебу в Гарварде. Эта полуправда явно доставляла ему удовольствие: из нее вытекало, что он был достаточно умен, чтобы поступить в Гарвард, и достаточно оригинален, чтобы бросить его.

– На самом же деле он просто был ленив, – сказала Марион.

 – Он никогда не хотел трудиться в поте лица. – Помолчав несколько секунд, она спросила у Эдди: – Ну а как тебе твоя работа?

– Особо-то мне делать нечего, – признался он ей.

– Да и как могло быть иначе, – ответила она. – Тед нанял тебя просто потому, что ему нужен водитель.

Марион еще не закончила школу, когда встретила Теда и забеременела. Но пока Томас и Тимоти подрастали, она заочно сдала школьные экзамены, а потом в различных студенческих городках Новой Англии слушала курсы лекций и за десять лет сумела получить образование, защитившись в университете Нью-Гемпшира в 1952 году – всего за год до гибели ее сыновей.

Слушала она в основном курсы по истории и литературе, и в гораздо большем объеме, чем требовалось для получения степени; ее нежелание слушать другие обязательные курсы затянуло получение ею диплома.

– И вообще, – сказала она Эдди, – я хотела получить степень только потому, что ее не было у Теда.

Томас и Тимоти гордились тем, что она получила образование.

– Я как раз собиралась стать настоящей писательницей, и тут они погибли, – призналась Марион. – На этом с моим писательством было покончено.

– Вы были писательницей? – спросил ее Эдди. – И почему вы бросили писать?

Она сказала ему, что не может обращаться к своим сокровенным мыслям, когда все ее мысли только о гибели ее мальчиков; она не могла позволить своему воображению разыграться, потому что эта игра непременно приводила ее к Томасу и Тимоти.

– А ведь раньше быть наедине со своими мыслями мне нравилось, – сказала она Эдди.

Марион сомневалась, что Теду когда-либо нравилось быть наедине с его мыслями. Поэтому-то все его рассказы такие короткие, и пишет он для детей. Вот почему он рисует, рисует и рисует.

Эдди, не отдавая себе отчета в том, как ему надоели гамбургеры, теперь налегал на еду.

– Даже любовь не может испортить аппетит шестнадцатилетнему мальчишке! – заметила Марион.

Эдди вспыхнул.