Великая тушинская зга

Серёжа отбежал на приличное расстояние, где ему ничего уже не угрожало, и обернулся. Чарльз вернулся к своему пакету, присел на колени и начал собирать цветы. Когда последний цветок был подобран и сложен обратно в пакет, мужчина достал из внутреннего кармана платок и вытер перепачканное кровью лицо. Потом он взял пакет и начал спускаться к дороге. На обочине он ещё раз остановился, чтобы перевести дыхание. Оглянулся по сторонам и, не заметив опасности, побрёл куда-то по обочине.

Преследовать Чарльза мальчик не решился.

Умнее было найти комсорга и Пророка, чтобы обсудить случившееся. Ребята его ждали на верху холма, у каменной беседки.

– После такого надо бы отдохнуть, – сказал Борька и вспомнил: – Цветы! Не было динамита!

– Пошли ко мне, – предложила Хольда. – Чаю попьём, телевизор посмотрим. Мама нас своими пирожками угостит. У нас недавно гости были. Полно осталось.

– А удобно? – засомневался Серёжа. – Заставят обувь снимать, а у меня носок с дыркой.

– Перестань! – успокоила его девочка.

 – Папу с мамой этим не удивишь. У меня самой постоянно носки с дыркой. Особенно после тренировки или тем более матча. Пошли?

– Пошли! – согласились ребята и направились к тропинке, которая выводила прямо к трамвайной остановке.

Скоро пришёл трамвай, на котором они добрались до Лодочной, где жила Принцесса. Родители действительно к внешнему виду не придирались и сразу отправили ребят ужинать на кухню. Мама Хольды Елизавета Гавриловна, женщина, в среде тушинских женщин более чем влиятельная и оттого обо всём осведомлённая, рассадила детей вокруг стола, потом покормила их гороховым супом на первое, щучьими котлетами на второе и, наконец, пирожками с брусникой на третье.

Ребята так наелись, что одолели только по пирожку. Когда они уже доедали, девочка спросила:

– Мама, а зачем дядя Чарльз цветы носит к дороге? Мы его с пацанами случайно видели.

– У него десять лет назад там жену грузовик сбил, – рассказала Елизавета Гавриловна. – Тоскует мужик.

– Он же американский шпион?! – удивился Серёжа.

– И что?! – пожала плечами женщина. – Мужик – он всегда мужик. К слову сказать, это она его первой разоблачила. Он её любил, а она его, дрянь такая, расколола! Вот так вот грязные душонки когтями себе сердца рвут на куски! Воздуха ему не хватает! Морда сытая! Простите, – она смутилась и покинула кухню.

– Чего это она? – удивился Борька.

– У неё бывает, – объяснила девочка тихим голосом. – Это в медицине называется синдромом Туретта.