Троецарствие

– Я слышал, что мой брат ушел к Юань Шао, и теперь буду искать его по всей Поднебесной, – ответил Гуань Юй.

– А почему бы вам не вернуться к чэн-сяну, пока вы не знаете, где нашел пристанище Лю Бэй?

– Разве в этом есть смысл? Нет, уж вы лучше попросите у чэн-сяна за меня прощение!

С этими словами Гуань Юй поклонился Чжан Ляо, и они расстались.

Гуань Юй догнал коляски, и бок о бок с Сунь Цянем они двинулись дальше, беседуя о происшедшем.

Они были уже несколько дней в пути, когда неожиданно хлынул ливень, и весь их багаж промок.

– Меня зовут Го Чан, – представился старик. – Живем мы здесь с незапамятных времен. Давно я слышал ваше славное имя! Как я счастлив, что могу поклониться и лицезреть вас!

В честь такого события он заколол барана и приготовил вино. Женщины прошли во внутренние покои отдыхать, а Го Чан, Гуань Юй и Сунь Цянь остались пировать в зале для гостей.

Багаж разложили сушить, коней накормили.

В сумерки в комнату вошел какой-то юноша. Старик сказал:

– Это мой недостойный сын, – и добавил, обращаясь к юноше: – Подойди, поклонись полководцу!

– Откуда он пришел? – спросил Гуань Юй.

– С охоты, – ответил старик.

Юноша окинул Гуань Юйя взором и покинул зал.

– Вот наказание для семьи! – пожаловался старик. – В роду нашем из поколения в поколение были либо ученые, либо земледельцы.

– В нынешнее смутное время он может стяжать себе славу, если овладеет военным искусством, – сказал Гуань Юй. – Какое же тут, говорите вы, несчастье?

– Да если бы он хотел этим заняться – у него хоть цель в жизни была бы! – воскликнул старик. – Ведь он бродяжничает и делает то, чего не следует! Вот о чем я скорблю!

Гуань Юй посочувствовал ему, и на том они расстались.

Была уже глубокая ночь. Гуань Юй и Сунь Цянь собирались ложиться спать, как вдруг услышали крики и ржание коней на заднем дворе. Гуань Юй окликнул слуг. Никто не отозвался. С мечами в руках они вышли разузнать, в чем дело, и увидели, что их слуги дерутся с какими-то людьми, а сын Го Чана лежит на земле и кричит.

– Этот мальчишка хотел похитить Красного Зайца, но конь его так лягнул, что сбил с ног, – сказали Гуань Юйю слуги.