Ягоды. Сборник сказок

Он иногда специально заглядывал людям в лицо, чтобы те отшатнулись, а когда они пугались, он начинал хохотать:

– Как же я люблю провинцию, этих людей, эту жизнь. Ты не представляешь, как тут тепло. Они не скрывают своих чувств, они пугаются меня, они оглядываются на мое лицо, вслед шепчут что-то себе, они живут.

– Ты здесь живешь?

– Я? Не-е-е-е. Я живу далеко.

Мы пришли в магазин. Казалось, что ничего не изменилось: Диджей, как и час, как и два, как и три часа назад, выбирал пластинки и пританцовывал.

– Диджей, – я подбежал к нему и обнял его. – Ты смотри, кого я привел.

Диджей посмотрел на Урода, снял наушники и испуганно сказал:

– Ого. Кто тебя так?

– Да никто, я же тебе про него рассказывал. Его ветер так. Это же Урод.

Урод в ответ рассмеялся и предложил нам пойти где-нибудь посидеть и обсудить жизнь и ее продолжение. Диджей купил пластинки, попрощался с жителями магазина. Мы пошли, даже побежали по улице, глядя друг на друга. Мы все чувствовали, что начинается что-то новое, от этого и радовались.

– Все началось с того, что жители Нью-Йорка порешали, что сумасшедших лучше не держать в специальных домах. Можно просто дать им жить среди остальных людей, думать по-своему, говорить что хотят. Выпустили. Улицы наполнились. Новые люди скакали, пели, смеялись громко, а некоторые и вообще стали погоду устраивать над городом. Соберутся человек по пять-шесть, закричат, станут дождь звать. Дождь пойдет. Прыгают безумные, хохочут, гогочут как птицы, мокрые уже все.

– Там женщины, правда, юбки не носят? Ходят в штанах, а то и вообще без штанов? – спросил Диджей.

– Когда полетел туда, бабушке моей сон приснился, будто я маленький. Подхожу к луже, грязной-грязной, и туда всем лицом, и всей светлой одеждой. Она выдергивает из лужи за руку, говорит «дай-ка тебя накажу», а я хохочу, довольный, что запачкался. Капает черное с лица, а я еще больше хохочу.

– А, правда, что там люди и нелюди по улицам ходят? Звери разные тоже ходят, и никто их не арестовывает.

– Дыхание иногда над всеми появляется. Дышит кто-то. Глубоко так… Вдохнет, задержится, выдохнет. И не понять: хорошее оно или плохое.

– Кто?

– Тот, кто дышит. Иногда громко, прям до чувств, можно остаться стоять на улице в этом дыхании, ничего сделать не получится.