Общага-на-Крови

 – по инерции весело спросил Ванька, и улыбка уползла в его бороду, как уж в траву. – Эй, чего тут у вас?

– Гапонов только что Нельку чуть не изнасиловал, – прошептал Отличник, глядя Ваньке в глаза.

– Блядь!.. – сказал Ванька и рванулся вон из комнаты.

Отличник метнулся за ним.

В это время Игорь уже добежал до комнаты Гапонова, стукнул в дверь и, не услышав ответа, вошёл.

В комнате всё было так, как описала Нелли. По столу разлилась лужа портвейна, в которой лежали бутылка и раскисшие окурки. Гапонов и Генерозов спали.

– Пошёл в жопу…

– Подъём! – крикнул Игорь и коротко, но сильно ударил Гапонова в левый бок.

От этого крика зашевелился и Генерозов. Гапонов застонал, потёр кулаками глаза и сел на кровати, спустив босые ноги на грязный пол.

– Чего надо? – невнятно спросил он, взял со стола стакан с опивками чая, глотнул, выплюнул обратно набившуюся в рот заварку, поставил стакан под кровать и застыл в расслабленной позе.

– Так, Гапонов, – начал Игорь. – Ты сегодня затаскивал сюда Караванову? Слушай, учти, если ты хоть раз прикоснёшься к ней…

– А ты кто такой? – поднимая голову и сосредоточенно вглядываясь в Игоря, вдруг спросил Гапонов.

– То есть – кто? – с вызовом поинтересовался Игорь. – Ты с похмелья меня уже не видишь?

– Говном воняет – чую, а ни хрена не вижу, – спокойно сообщил Гапонов, глядя на Игоря с таким выражением, с каким обычно ожидают разъяснения недоразумения.

– В общем, так, Гапонов, – уклонился Игорь. – Если ты хоть раз сунешься к Нелли, пеняй на себя. Она не твоя женщина, и заруби это себе на носу.

– Дай ты ему по рылу, Ян, – со своей койки предложил Генерозов.

Гапонов, казалось, задумался.

– Вседа драл кого хочу, – пожимая плечами, словно придя к парадоксальному логическому выводу, сообщил Гапонов Игорю.

– А попробуешь Караванову захотеть, будешь разбираться со мной! – предупредил Игорь.

– А тебе разок дам по яйцам, ты и успокоися.

– Вот что, Гапонов! – взбесился Игорь, наклоняясь к нему. – Ты со мной не шути. Ты со своими шуточками допрыгаешься. Забудь про Караванову, добром говорю. Руки будешь совать – так я их тебе пообломаю, а если полезешь – по стене размажу, усвоил? Она – моя женщина, Гапонов, заучи это.