Компромисс. Иностранка. Чемодан. Наши

Затем спросил:

– А как с этим делом в России?

– Венерические болезни изжиты, – отчеканил Красноперов, – нравственность повышается ежегодно.

– Нашел чем хвастать, – проворчал Трюмо.

– Здравоохранение в нашей стране достигло…

– Пропаганда? – насторожился француз.

– Господа, – вмешался Дебоширин, – не будем касаться политики. Вернемся к литературе.

– Вы читали мои произведения? – спросил Трюмо.

– Читал ли я ваши произведения? – замешкался Красноперов.

– Напрасно, – вымолвил эссеист, – смею думать, они гениальны.

В последние годы я занимаюсь фольклором… Фольклор, фольклор, как бы это перевести?

– Фольклор так и будет – фольклор, – сказал Дебоширин.

– В центре моей диссертации, – продолжил Трюмо, – лежит окулистический разбор сказки «Красная Шапочка».

– Чуть подробнее? – заинтересовался наш герой.

– Не выпить ли? – сказал Дебоширин.

– Я выдвинул, – продолжал мсье Трюмо, – оригинальную идею. Я сумел доказать, что у внучки не могло быть красной шапочки. Известно, что красный цвет отпугивает волков.

Недаром охотники пользуются заграждениями, увешанными красными флажками. Волк не решился бы съесть обладательницу красной шапочки. Отсюда – вывод. Либо там фигурирует не волк, а бык. Но это противоречит фабуле Перро. Либо волк был дальтоником!

– Меня чрезвычайно заинтересовало ваше открытие, – произнес Красноперов.

– В дальнейшем я намерен подвергнуть окулистическому разбору «Красное и черное» Стендаля. А потом и «Зеленые цепочки» Матвеева.

– За ваш успех! – произнес Красноперов.

Дебоширин позвал официанта и заказал три бифштекса.

Бармен, выдвинув антенну транзисторного приемника, слушал джаз. Парни в замшевых куртках столпились у телевизора. На экране сборная Дижона проигрывала тайм. Наиболее темпераментные болельщики кричали и жестикулировали.

Официант принес металлические тарелки с бифштексами. Дебоширин ковырнул мясо вилкой и сказал:

– Из-за такой говядины вспыхнул мятеж на броненосце «Потемкин».

– Пропаганда? – насторожился эссеист.

– А мне нравится, – произнес Красноперов. – Вы давно из Союза?

– Пятнадцать лет на чужбине, – ответил Дебоширин.

– Тогда все ясно, – улыбнулся наш герой.

Сборная Дижона уверенно проиграла. Парни в замшевых куртках окружили электрический бильярд «Цинцин».

Разговор между Красноперовым и Трюмо принял строго научный характер.

– Кафка! – восклицал Трюмо.

– Федин, – с улыбкой парировал Красноперов.

– Феллини! – не унимался эссеист.