Осколки великой мечты

– И заработал! – торжествующе сказал он. – Сейчас расскажу как. Билетов-то сейчас днем с огнем не сыщешь… А я в Москве уже с ребятами познакомился. Они вагоны разгружают на Курском вокзале, позвали меня с собой. Я и заработал, и знакомства всякие завязал. Билет вот по блату достал. Купейный, между прочим… Чего ж не прокатиться, тебя не проведать?

– А как ты узнал, что мы здесь?

– Подумаешь, бином Ньютона! Мне твоя бабка сказала…

– Не бабка, а бабушка… – строго поправила Вера.

– Ну бабушка… Так вот, она сказала, что вы в пятницу отплываете из Одессы.

– Но мы уезжаем отсюда – уже сегодня!

– Знаю. В двадцать два ноль-ноль, – грустно сказал он. – Но ведь до вечера еще есть время?

…Теперь, когда рядом был Вася, Новороссийск показался Вере чудесным городом. Спокойным, уютным, слегка ленивым.

Верочка с Васей, утомленные пляжем, сидели на самой шикарной лавочке – из тех, что выстроились на набережной, лицом к маслянистой глади Цемесской бухты.

Новороссийская молодежь строго соблюдала правила приличия – на лавку, где разместилась парочка, больше никто не претендовал. А старички-старушки, случалось, присаживались рядом, но, слыша Верочкин смех, неодобрительно косились на Васю, сжимающего ее руку, и уходили.

Бухта зажигала огни. Светились иллюминаторами пароходы, мерцала подсветка водных подъемных кранов. С противоположной стороны бухты подмигивали окнами дома, бликовали в воде уличные фонари. Над головами носились, попискивали птицы – но не чайки, а какие-то сухопутные, черные.

– А с утра мне этот Новороссийск совсем не понравился! – призналась Верочка.

Вася не удержался, хмыкнул:

– Да я понял… Чему тут нравиться, если на улице проходу не дают…

– А ты, шпион липовый, если видел все – чего же раньше не подошел?

– Если вдруг что – подошел бы, не сомневайся. Но вроде все безопасно было… А мне приятно.

– Приятно?! Чего ж тут приятного?

– Ну… сразу видно, что моя девушка лучше всех!

Верочка чуть было не сказала легкомысленно: «Да тут ко всем клеятся!» – но вовремя прикусила язык.

До отправления теплохода оставалось минут сорок. К назначенному времени возвращения Вера явно опаздывала. Эх, быть ей вздернутой на рее!..

Она вздохнула:

– Папа сейчас спросит, что я в городе посмотрела.