На нашем ресурсе вы можете полностью погрузиться в мир книги «Русская зима» — читайте её онлайн бесплатно в полной, несокращённой версии. Если предпочитаете слушать — воспользуйтесь аудиоформатом; хотите сохранить — скачайте через торрент в fb2. Жанр произведения — Серьезное чтение, Современная проза, Современная русская литература. Также на странице доступно подробное описание, авторская аннотация, краткое содержание и живые отзывы читателей. Мы постоянно пополняем библиотеку и улучшаем сервис, чтобы создавать лучшее пространство для всех ценителей качественной литературы.
Русская зима

Автор
Дата выхода
25 февраля 2022
🔍 Загляните за кулисы "Русская зима" — аннотация, авторский взгляд и ключевые моменты
Перед погружением в полный текст предлагаем познакомиться с произведением поближе. Здесь собраны авторские заметки, аннотация и краткое содержание "Русская зима" — всё, что поможет понять глубину замысла и подготовиться к чтению. Материалы представлены в оригинальной авторской редакции (Роман Сенчин) и сохраняют аутентичность произведения. Если чего-то не хватает — сообщите нам в комментариях, и мы дополним описание. Читайте мнения других участников сообщества: их отзывы часто раскрывают скрытые смыслы и добавляют новые грани понимания. А после прочтения обязательно вернитесь сюда — ваш отзыв станет ценным вкладом в общее обсуждение книги.
Аннотация Литрес
Проза Романа Сенчина – новая русская классика, образная и эмоциональная.
В сборник вошли две повести «У моря» и «Русская зима». В одной из них уже встречается знакомый давним читателям автора Олег Свечин.
Обе повести отчасти биографичны, но это не скупое перечисление совпадений судьбы героев с жизнью автора, а постоянное переосмысление своего места в пространстве русской зимы, физической и метафорической. Темного периода, после которого неизменно наступает обновление.
Роман Сенчин – популярный прозаик и журналист, финалист и лауреат множества престижных литературных премий, в том числе «Большая книга», «Русский Букер» и «Национальный Бестселлер».
Известный российский литературовед, писатель и критик Павел Басинский сказал про Романа Сенчина «Наш Эмиль Золя», а литератор Анна Матвеева заметила однажды: «Герои романов и рассказов Сенчина – живые. Кровь и плоть, душа и слово».
Цитаты:
И этот холод… Сергеев вырос в Сибири, где случались морозы за минус сорок, но их нельзя было сравнить с этим плюсовым холодом, от которого невозможно было защититься никакими кофтами, одеялами. Сибирский мороз просто ласково усыплял, беззлобно убивал, местный же холод каждую секунду грыз, колол, тряс, заставляя дрожать и стучать зубами.
Да, это было не увлечение. Оно возникало в процессе, а начал с другим чувством. Что не может не написать. Что необходимо. И для него, и для всех. Кто-то ведь сказал о себе: «Без меня народ неполный». Самоуверенно, конечно, но зато честно… И без его сценария – еще дней десять назад Сергеев знал это точно, – русская культура неполна. Есть в ней пустая ячейка, незаполненная сота…
Не то чтобы Серафиме нужен ребенок, но природа, наверное, требует. Снится, что он уже есть, она его кормит, играет, выбирает в магазине одежду… Может, не столько сам ребенок необходим, сколько упорядоченность и определенность. Какая-то твердая дорога под ногами. А сейчас словно проваливаешься в тину при каждом шаге, крутишься на месте, двигаешься непонятно куда… Лет до двадцати пяти это даже нравилось, а теперь пугает. Вот шагнешь еще, а там уже нет дна. И все – утонешь.
Хотелось схватиться за голову и завизжать. Но она знала, что не завизжит – она, к сожалению, не была истеричкой, как большинство женщин. Вместо истерик у нее происходили психозы. Они тише, но страшнее.
Наверное, крышу снесло, и Серафима с Ваней решили: на фиг общага, на фиг учеба, на фиг вообще этот неправильный мир. Сняли за копейки развалюху почти у обочины Кольцовского тракта – днем и ночью слышался гул машин, – стали мечтать написать мощное, такое, что этот неправильный мир перевернет, разрушит, изменит. Но на самом деле бухали, курили траву, глотали колеса.
Теперь она понимала, что они разрушали не мир, а себя. Включилась у них эта программа саморазрушения. Оно могло продолжаться месяцы, а могло закончиться гибелью каждый день.
Не бог весть какая глубокая мысль, но справедливая. С ней не поспоришь. И никакая новая жизнь невозможна не потому, что мешает живущий по-старому окружающий мир, а потому, что у тебя было прошлое. Прошлое накатывает и топит в привычках, комплексах, послевкусии давних удовольствий, в горечи старых несчастий.
📚 Читайте "Русская зима" онлайн — полный текст книги доступен бесплатно
Перед вами — полная электронная версия книги "Русская зима", адаптированная для комфортного онлайн-чтения. Мы разбили произведение на страницы для удобной навигации, а умная система запоминает, на какой странице вы остановились — можно закрыть браузер и вернуться к чтению позже, не тратя время на поиски. Персонализируйте процесс: меняйте шрифты, размер текста и фон под свои предпочтения. Погружайтесь в мир литературы где угодно и когда угодно — любимые книги теперь всегда под рукой.
Текст книги
Это в двадцать лет спится хоть где и на чем, а в сорок семь…
– Так, так, так! – Сергеев остановил внутренний гундёж, поднялся, помахал руками, присел несколько раз. Отодвинул плотную, тяжелую штору. За окном было бело. Как молоком затопило. Нет, сметаной – густой и вязкой.
Не сразу сообразил, что это туман.
Пошел курить. Терраса – удобно… По пути снял с вешалки пальто, накинул.
Думал, будет зябко, а оказалось тепло. Туман – как пар. Вдыхать страшновато, кажется, вольется в легкие, и захлебнешься.
Раздышался. Закурил. Пепел решил стряхивать вниз, а окурок занести в дом, залить водой из-под крана, завернуть в туалетную бумагу, бросить в урну… Надо что-то под пепельницу приспособить.
Внизу – определил по звуку – открылась дверь. Шаги. Стряхивать пепел стало опасно.
– Ну видишь же мряка какая. Как тут гулять? – гулко и одновременно приглушенно, будто через огромную подушку, раздался женский голос. – Рада, пойдем домой!
– Не-не-не! – ответил детский.
И на видимом Сергеевым сквозь белые неподвижные клубы пространстве узкого двора появилось, задвигалось маленькое, розоватое пятно; наверное, та самая Рада.
Пятно достигло забора и стало толкаться в него:
– Не! Не!
К розоватому пятну двинулось большое и темное – скорее всего, мать.
– Доня, пойдем. Пойдем, я мультики найду.
– Не! – отрицательно-напряженное в ответ, и мягкие удары в камень забора. Кулачком или каким- нибудь мячиком.
Сергеев осторожно сдул с ладони пепел.
– Рада, ну что ж такое? Мама домой хочет, маме тут страшно. Пойдем.
Сергеев тоже чувствовал нечто вроде тревоги в этой белой плотной мряке; развернулся, открыл дверь. В спину ударило особенно громкое:
– Не!
И следом бухнул из-за забора тяжелый собачий лай.
Ребенок заплакал, женщина закричала:
– Умка, фу, перестань!
* * *
Ходил по квартире и… Нет, не «наслаждался» – другое какое-то чувство грело и моментами подпекало.
Первый раз нечто подобное Сергеев испытал в неполные пятнадцать. Умер дед, и освободилась комната – настоящий кабинет, обе глухие стены которого от пола до потолка были укрыты стеллажами с книгами.











