Приют непослушных детей

Вот только, что времена давно изменились, и войны уже тридцать лет как нет, и все дети с родителями живут и наслаждаются жизнью, дед не мог, да и не хотел понять. Я даже помню, как он куда-то звонил по телефону, справляясь о возможности сбагрить любимого внучка в места не столь отдалённые.

– Ах ты, мать честная, такие хорошие мальчики и одни остались! – не унимался дед, с досады хлестая пальцами по страницам книги.

В конце концов, чтение сказки всегда заканчивалось одним и тем же – дед доставал ремень, складывал его пополам, дабы я навсегда усвоил урок, что раздеваться и умываться перед сном следует только самому.

Лежа в кровати и почесывая ушибленные места, я начинал предаваться философским размышлениям. Ну, например, откуда я взялся? Наверное, нет такого ребёнка на Земле, который не задавался бы вопросом, а откуда он, собственно, возник на этом свете? Кто-то был убеждён, что его нашли в огороде, кого-то принёс аист, в нашей же семье преобладало мнение, что меня купили в магазине. Правда, сколько я не гулял по улицам своего района, но магазина по продаже детей я так и не видел.

По всей видимости, магазин находился где-то далеко в центре, и туда нужно было ехать на метро.

Нет, я, конечно, прекрасно знал, что с начала в утробе матери зарождается нечто похожее на головастика, затем оно медленно растёт, и конце концов превращается в вечно орущее и плачущее существо, которое возят в коляске и суют соску. Вопрос был не в этом, а совсем в другом – а с какого перепуга этот самый головастик начинал вдруг зарождаться? Ведь у всех женщин он зарождался в разном возрасте, а у некоторых не зарождался вообще.

Вот это мне было не понятно. Одни дети прозревают в этом вопросе лет в двенадцать, другие в шестнадцать, я же, дожив до пятого десятка, не знаю до сих пор…

Нет-нет, дорогие читатели, не подумайте ничего такого, со знанием физиологии человека у меня всё в порядке! Дело, скорее всего, в каком-то особенном социальном устройстве советского общества, в котором я жил.

И что бы лучше понять, что я имею в виду, давайте снова вернёмся в маленькую, уютную комнатку к пятилетнему мальчику и попробуем проследить за ходом его наисерьезнейших измышлений на эту вечную тему.

Итак, я лежал в постели и, наморщив лоб, перебирал в голове сложнейшие варианты решений самой, что ни есть детской проблемы. Моя мать развелась с отцом, когда мне был всего год, и потом не раз таскала меня по загсам, в поисках каких-то непонятных для меня документов.