Она читала по губам

 – Спасибо вам огромное!

А генеральный скупо улыбнулся:

– Это ты Кешке спасибо скажи.

– Кому? – опешила Адель.

– Иннокентию Степановичу. Мы с ним давно знакомы. Очень за тебя просил.

«Вот это, – мелькнуло у нее, – мужик! Лучше б я за него замуж вышла!»

…На работе в отделе новостей Адель (как и боялся муж) пропадала целыми днями. Бралась за любые темы – хоть заседание городской администрации снимать, хоть драку в ночном клубе, лишь бы наработать опыт. Постоянно приставала к опытным журналистам с вопросами.

Неотрывно, будто хорошее кино смотрела, наблюдала, как коллеги проводят прямые эфиры.

– Молодец, Адель, так и надо. Таланта у тебя особого нет – зато хватка бульдожья, – посмеивался над ней криминальный хроникер Костик.

Работа ей нравилась. Правда друзей среди коллег завести не удалось. То ли она, «молодая, да ранняя», всех раздражала, то ли просто по жизни: телевидение – гадючник.

Единственный – в этом городе! – друг только был: Иннокентий Степанович.

Его – с тех пор как помог ей на телевидении продвинуться – Адель среди гостей мужа выделяла.

Всегда старалась сесть рядом, когда говорил, заглядывала в рот. Рассказывал Иннокентий Степанович (о литературе, музыке, медицине) – просто заслушаешься. Ее тоже всегда выслушать был готов. И советы давал.

…Адель в принципе не выносила, когда ее учат. В университете преподаватели даже баллы ей на экзаменах снижали за то, что все подвергала сомнению и спорила с ними безо всякого уважения к регалиям. А вот Иннокентия Степановича слушаться ей хотелось.

Потому что верилось: он не покрасоваться хочет, но искренне ей помочь.

Насколько все-таки разные они с Гришкой!

Если муж – по повадкам – напоминал ей подростка, то друг – по поведению, не по внешности! – годился на роль старца. Не просто умного, а вроде оптинского. Понимающего, всепрощающего. У Адели сразу настроение повышалось, когда он в гости заглядывал. Всегда сама старалась проводить его в гостиную, заварить чаю, поговорить.

Гришка даже забеспокоился, однажды подозрительно спросил:

– Ты не влюблена часом в моего Кешку?

– Глупости, – отрезала Адель.

И не соврала.

Влюбиться – значит, секс. А какой может быть секс с отцом, гуру, жилеткой для слез и сомнений?!

Иннокентий Степанович продолжал ее опекать. Направлять – очень умело и незаметно.

…В университете она учила французский, язык в путешествиях не самый полезный. Муженек ей уже весь мозг прокапал, чтоб английский освоила.