Она исчезла

Парковки здесь тоже сделали платными, но восемьдесят рублей в час – цена для Москвы вполне божеская.

Я надвинул бейсболку поглубже, в метро за разовый билет заплатил наличными в автомате, а не картой. Почему-то хотелось как можно меньше оставлять цифровых следов.

Римка жила на «Павелецкой», почти у самого метро. По нынешним временам, считай, в центре. Правда, ютилась в однокомнатной квартирке в панельной двенадцатиэтажке хрущевского образца. Но умудрилась сделать в ней эффектный и стильный ремонт, который благодаря хитроумной системе зеркал визуально превращал тридцать четыре метра в добрые пятьдесят пять.

Отражаться в тех зеркалах мне, помнится, было приятно, когда мы с Римкой обнимались.

Я несколько раз, когда мы с ней жили, спрашивал помощницу, откуда взяла она столь центровую квартирку, но девушка всякий раз уходила от ответа. Римма вообще оказалась крайне скупа на рассказы о своей прошлой жизни. Я даже не ведал, откуда она родом, кто ее родители. Только иногда вдруг звучавшее в ее речи (поначалу, когда она только пришла в мое агентство) фрикативное «гэ» заставляло думать, что она откуда-то с юга: Краснодарский или Ставропольский край, а может, Ростов или северокавказские республики.

По пути от метро «Павелецкая» – буквально пять минут ходьбы – я отмечал в уме камеры: вот две на станционном павильоне; дальше скверик, где тусуются вонючие бомжи; потом недавно построенная двухэтажка, где располагались хинкальная, стейк-хаус и пара магазинов, а на них целых пять систем видеонаблюдения.

В маленьком зеленом дворике, прилагавшемся к Римкиной многоэтажке, за калитками, которые открывались по коду, на блатном месте я сразу увидел ее машинку: скоростной, накачанный «гольфик». Обошел его кругом. Полное впечатление, что в минувшие сутки на нем никто не ездил. Капот совершенно холодный.

У подъезда тоже камера. Если и впрямь девушку придется искать, надо будет получить к ней доступ. Я открыл домофон своей «таблеткой».

С незапамятных времен у меня остались ключи от Римкиной квартиры.

Так запасная связка у меня и осталась. Лежала в офисе в столе.

Я поднялся на лифте.