Ана, несовременный роман

Таким жестом, словно это был миллион фунтов одной бумажкой. И сдачу он с легкой щедростью забрал не всю, монетки оставил.

Ана продвинулась вперед и шестым чувством угадала, что если не сделать сейчас нечто, он уйдет. И навсегда останется образом из сна. Не думала, не соображала, про книжонки вроде «10 способов, как поймать мужика за хобот» и вовсе забыла. Но словно знала, что делала. Тележка осталась в проходе, а Ана проскользнула мимо кассы и остановилась перед Музыкантом. Посмотрела ему прямо в глаза, чтобы он ее увидел, и кивнула, как старому знакомому.

– Здравствуйте.

Музыкант даже не удивился. Улыбнулся глазами и уголками рта со своей высоты (голливудская разница – 180 против 170) и задал совершенно странный вопрос.

– Добрый вечер. Простите, не помню. Вы у меня кто?

– Я? – Ана смутилась. – Я – Ана.

– Да. Да, спасибо. А ваша дочь? Или…

Здесь Ана уже не нашлась что ответить. Но Музыкант отворил дверь, пропуская ее вперед, и продолжил:

– Вы извините, ради бога, у меня ведь много учеников.

Всех, конечно, помню, но не всех родителей. Впрочем, любой разговор, он идет по одной схеме: «Как мой?» «Не беспокойтесь, все хорошо. Только прошу вас очень мягко напоминать, чтобы занимался каждый день. Лучше два раза в день. Иначе вы зря тратите свои деньги». Высокомерно, да? Простите, совершенно не умею общаться. По-деловому? Да?

– Не надо по-деловому. – Ана приняла игру, включилась в нее. – Зачем? А сколько у вас учеников, если не секрет?

– Да бог с вами, какой секрет? Десять каждые полгода.

И каждые полгода пять уходят и пять приходят.

– А почему?

– Ну, если строго – сам виноват. Не смог раскрыть. Не хватило общих сил пройти первые шаги, от которых хочется заниматься дальше. Но гитара – вообще сложный инструмент. У некоторых просто нет физических данных. Впрочем, это, наверное, неинтересно. Давайте…

– Нет, интересно! Очень. Если расскажете…

Музыкант опять не удивился, будто был готов к такому разговору. Он развел руками, в которых, кроме минералки и хлеба, оказались свернутый плащ и широкополая шляпа.

– Знаете, это трудно – говорить с таким безобразием в руках. Давайте вернемся, там есть кафе. У вас есть пять минут?

– Давайте, – Ана улыбнулась и даже тряхнула головой.

Они вернулись, прошли через мелкую сутолоку возле касс и попали в полумрак – в позднее время большую часть света в кафе приглушали, а столики стояли пустыми.

– Вы – кофе?

– Да, только не очень крепкий. Со сливками.