Акулы из стали. 5 в 1

– Сей Саныч, а ещё будет кто-нибудь? – уточняю у него.

– Эдуард! – радостно удивляется старпом. – Ну ты что, считать не умеешь? Нас с командиром двое, дам двое. Ну кто ещё будет?

Дамы хихикают и явно смущаются. Показал им винты, ракетные шахты и веду их к люку. Если вы не в курсе, то вход на подводную лодку – это такая вертикальная труба диаметром восемьдесят сантиметров в самом узком месте. Дамы смотрят вниз и удивляются, как они туда полезут, а если внизу кто-то подойдёт и они ему на голову свалятся?

– Не, – говорит старпом, – там внизу Эдуард будет стоять и всех от люка разгонять.

Падаю вниз. Сверху слышу, как охают дамы на предмет, не разбился ли я там, бедненький, но старпом их успокаивает тем, что у меня на тапочках подошва резиновая и ничего со мной не будет – я же при исполнении. Спустились. Посидели в центральном посту, посмотрели в перископ и понажимали на кнопочки, на которые им разрешили понажимать.

– Ладно, – подытожил старпом, – мы к командиру говорить за оперы пошли. Сауна готова?

– Всенепременно, – уверяю его.

О том, что в сауне уже помылось человек шесть, а двое так до сих пор там сидят, я решил промолчать – ну зачем старпому лишняя информация. Не свиньи, опять же, в бассейн потные не прыгаем.

Вот с этого момента судьба штопора мне уже точно не известна. Может, старпом в кармане его до сих пор носит. Вполне возможно.

А певицы оперные через час уехали. Ничего такого, что вы могли бы себе подумать, не было, да и быть не могло – подводная лодка не место для любви.

Если это не роман Черкашина и эта любовь не к Родине. Родину, наоборот, любить положено непрерывно, пока на борту находишься. Любили когда-нибудь Родину непрерывно три месяца? А я любил.

Хлеб

Меня тут многие про кормёжку на подводных лодках спрашивают. Про всё в одном рассказе написать, конечно, сложно и практически невозможно. Например, как я ни буду описывать, вы всё равно не поймёте вкус еды, приготовленной на воде двойной дистилляции. Это просто невозможно понять.

Когда лодка собирается в поход на два-три месяца, то еду на неё загружают несколько дней и распихивают, куда только можно. Особо ценную и скоропортящуюся – в специальные холодильные камеры, остальную – где найдут свободное место, то есть везде. Поэтому сегодня я расскажу вам одну историю про хлеб.

Хлеб на подводной лодке особенный. Его сначала выпекают, потом обезвоживают парами спирта в специальных камерах и упаковывают вакуумом в целлофановые упаковки.