Семь мужей Эвелин Хьюго

Увидев в столовой Ари Салливана, я уронила перед ним сумочку и, наклонившись, чтобы поднять, случайно посмотрела ему в глаза. Он задержал на мне взгляд, но я выпрямилась и пошла дальше, словно ничего от него не хотела и вообще представления не имела, кто он такой.

Примерно через неделю я сделала вид, что заблудилась в административном корпусе и наткнулась на него в коридоре. Он был плотный мужчина, но ему это шло. Глаза у него были темно-карие, а на лице постоянно присутствовала щетина. И еще он так любезно улыбался.

– Миссис Диас, – сказал он. Если я и удивилась, что он знает мое имя, то не очень.

– Мистер Салливан.

– Пожалуйста, называйте меня просто Ари.

– Ладно. Здравствуйте, Ари. – Моя рука как бы случайно коснулась его руки.

Мне было семнадцать, ему – сорок восемь.

В тот же вечер, когда секретарша ушла, я оказалась на его рабочем столе – юбка на бедрах и голова Ари между ними. Оказалось, ему нравилось орально удовлетворять несовершеннолетних девочек.

Если определение наслаждаться сексом подразумевает, что это приятно, то тогда у меня было много секса, от которого я не получала ни малейшего удовольствия. Но если определение изменить на наслаждаться сексом, чтобы заключить сделку, то да, такого, о котором не хотелось бы упоминать, было немного.

Выходя, я увидела в кабинете Ари выстроившихся на полке «Оскаров».

«Любовь – это еще не все» и фильм с Гэри Дюпоном, в который я хотела попасть, вышли один за другим с недельным интервалом. Первый провалился. И Пенелопа Куиллз, актриса, составившая пару Дюпону, получила ужасные отзывы.

Один из таких отзывов я вырезала из обозрения и отправила межофисной почтой Гарри и Ари с запиской: «А вот я бы это сделала».

На следующее утро я получила записку от Гарри: «ОК, ты выиграла».

Потом он пригласил меня в свой офис и сказал, что они с Ари все обсудили, и у них есть для меня потенциальные роли.

Я могла сыграть богатую наследницу-итальянку в романтической военной драме. Или Джо в «Маленьких женщинах».

Я знала, что значит сыграть Джо. Знала, что Джо – белая женщина. И все равно я хотела эту роль. Не для того я раздвигала ноги на столе, чтобы продвигаться на полшажка.

– Джо. Дайте мне Джо.