Песчаная роза

А сегодня в нем чувствовалось то, что она сочла было тревогой, что было, возможно, чем-то другим, но чем, Соня не понимала.

Однако невозможно было не понимать, вернее, не замечать, что это состояние привело его к сильному физическому возбуждению. Ей не хотелось сегодня секса, но для отказа требовалось слишком большое усилие, не физическое, не насиловал же он ее, но неосязаемое и вместе с тем слишком грубое усилие души, сделать которое она не могла.

Обманывать Максима, имитируя удовольствие, Соня не стала.

Она вообще не обманывала его ни в чем, и в постели тоже. Но он вряд ли заметил ее холодность: его сотрясали судороги, и вырвавшийся у него крик был слишком громок, чтобы он мог расслышать, какое ровное у нее дыхание.

– В Испанию? – Максим еще вздрагивал, но уже еле ощутимо. – К Марбелье как ты относишься?

Он перекатился на спину и закинул руки за голову.

– К Марбелье я отношусь хорошо.

Соню почему-то покоробило, что он продолжает разговор так, будто не было его крика, его судорог, еще не затихших в ее теле.

Хотя этот ровный тон тоже был всего лишь знаком честности, принятой между ними.

– Выберешь отель сама, или я?

Наверное, надо было честно же объяснить, почему она не хочет ехать. Но Соня сказала другое:

– Я летний отпуск уже брала. Теперь смогу только в декабре.

– Неужели нельзя договориться? Поменяться с кем-нибудь.

– Поменяться нельзя. У каждого свое направление работы и свой график.

Так у нас устроено.

– Жаль. Тогда поехали на выходные.

– На два дня в Марбелью?

– Отгул ты тоже не можешь взять?

– Отгул могу. Один. Но даже если у меня будет не два, а три дня, то в Марбелью получится как-то скомканно.

– Не думаю. Но спорить не буду. – Он перевернулся на живот, посмотрел исподлобья. В глазах было то непонятное, что она заметила только сегодня. – Давай забронирую коттедж в Подмосковье. Погода, конечно, не испанская, но сентябрь обещают теплый.

Поищу что-нибудь у озера. Может, искупаемся даже.

Почему Максим так настаивает на поездке, было ей непонятно. Будто он женат, она замужем, и им приходится искать, где уединиться. Но не напоминать же, что в его лофте над Москвой-рекой уединение и так обеспечено.

– Поищи, – сказала Соня.

– На следующие выходные?

– Да.

В его поцелуе ей почудилось удовлетворение. Но, может быть, в самом деле почудилось.