Телега о колл-центре, сексе и наркотиках

Чем раньше такие вещи человеку становятся понятны, тем раньше он может это использовать для нормальной жизни. Если ты на гражданке был затупком, тебе и в армии будет тяжело и в другом обществе. Такие дела, да, – в армии нужно схватывать на лету очень много и очень быстро. Иначе опять получишь в фанеру.

Леша сделал лицо интеллигента.

– Коль мы уже надрались, смотри. Вот. Вопрос того, как ты себя поставишь актуален не только на службе. В школе, в институте, в рабочем коллективе. Да, со временем ты приживешься, адаптируешься и некоторые вещи начинают меняться, в том числе и отношение к тебе, но оно будет меняться в любом случае.

– Да, с армейских приколов только по синей лавке можно перейти в философию…)

– … И ты так же способен на это оказывать влияние, главное не перестараться.

– Ну… Наверное. – Ответил Леха.

– Наконец-то она закончилась и можно пожрать нормального вкусного хавчика.

– Да точно! Официант! Ээ… Господин официант! Да, можно вас? Можно нам картошки, вашей, фри.

– Да, картошечку щас самый ништяк с пивком-то!

– Но в целом норм же была хавка там? – Спросил Леша.

Я вспоминаю как недели три подряд, в учебке, мы давились поганой тушеной капустой – бикусом. Три раза в день, долбаный бикус! И такие вот бикусные вечеринки были ни один и ни два раза за службу. Никто его не ел. Ели хлеб и компот.

– Ну… Кроме бикусных марафонов и болтов из фасоли.

– Ахахах, да точно! Фух… прошло… И хорошо.

– Лан, че у тебя там с работой? – Соблаговолил Леша.

Я рассматривал разные варианты куда пойти работать.

Поскольку я мало чего умею, к сожалению, здесь и речи не было о том, чтобы открыть какое-то свое дело. Можно было пробовать про какой нибудь фитнес – я вроде как изучал все это немного…

А еще, до армии, я играл в одном музыкальном коллективе, на барабанах. Скилов у меня было не много, но выучить партию мог. Да и в метроном, попадаю. Последний мой коллектив был достаточно перспективный. Если бы еще был сильный менеджмент, продюсер и пиар, может быть что-то и получилось.

Когда я был в армии, они там что-то пытались, сочиняли, но как-то не сильно, и по сути ждали нас с Серегой, гитаристом, целый год, почти ничего не делая. Он ушел в армию чуть позже меня.

Все мои надежды на эту группу, как на смысл жизни, потихоньку рушились.