Порог мечты. Книга 1. Когда Папа Мешает жить

– Этот аттракцион ассоциируется с разводом родителей, – призналась Даша.

– Будем менять ассоциации.

Они прошли к кабинке, сели друг напротив друга. Саша старательно отвлекал Дашу от тревожных мыслей.

– Я в детстве читал книги, – невпопад сказал он.

Даша видела его библиотеку, но не разделяла любви к чтению.

– Продолжай, – попросила она, поняв, что Саша сомневается: говорить, или нет.

Саша благодарно кивнул.

– …много книг. Уверен: каждый, кто столько читает, рано или поздно приходит к мысли, что должен что-либо написать.

Даше вывод не казался очевидным.

Саша рассказывал дальше:

– И вот, однажды я подумал, что хорошо бы стать автором и иметь возможность всё переписать. И я начал писать. Я хотел, чтоб наша жизнь изменилась, поэтому писал о том, что мама не встретилась с отцом. Вычеркнул его, стёр.

– Тогда бы и ты не родился, – Даша с тревогой наблюдала, как аттракцион отрывается от земли и поднимает их всё выше.

– Как знать. Пишешь новый финал своей жизни, и всё меняется.

Вот уже за деревьями показалась излучина реки. Они поднялись выше Сашиного балкона, и это еще была не вершина.

– Часто думаешь о том, чтобы изменить прошлое?

Ветер задувал в лицо, Даша поправила волосы, но через мгновение прядь волос снова вернулась на глаза.

Саша задумчиво посмотрел вдаль.

– Я стараюсь о прошлом не вспоминать. Отделяю мечты от реальности. Знаю, что на самом деле переписать ничего нельзя, – он повернул голову к Даше, и Даша прочла в его глазах боль, – детство было кошмарным. Я стремился как можно меньше бывать дома, чтобы не попадаться под руку. Настроение этого урода – отца – непредсказуемо. Он мог взорваться из-за мелочи, не важно, пил он до этого, или был трезв.

Даша с ужасом вспомнила Сашин припадок ярости при упоминании об отце, в его квартире. Она посмотрела вниз. Огоньки мелькали уже далеко.

Чтобы отвлечь Сашу от горьких мыслей, а заодно и успокоиться самой, поддержала беседу, вытаскивая воспоминания своего детства.

– Я боялась дышать в кабине колеса обозрения. Папа сидел напротив, смотрел на меня, и я знала, что он меня любит. А мама осталась внизу, я уже не различала её в толпе.