Мадонна без младенца

Одна – очевидно курит, хотя и не признается. Другая – вся какая-то грязная, дурно пахнущая. Третья одета прилично, говорит с претензией на образованность, но лживая насквозь.

– Не спеши никого из них нанимать, Верочка, – советовала Аля подруге. – Найдешь еще для своего малыша маму. Нормальную.

А у Веры однажды вырвалось:

– Ох, Алька! Замечательный ты человек! Если б ты мне ребенка выносить могла!

Алла тогда – в прошлой своей, счастливой жизни – лишь виновато улыбнулась.

Но сейчас, когда над ее семьей висит огромный долг, она всерьез задумалась над Вериными словами.

Тем более что Вера – давно, в студенческие еще годы – ее тоже выручила. Да как!

…На последнем курсе пединститута Алла стажировалась в одной из московских школ. Формально могла бы просто присутствовать на уроках да изредка замещать заболевших учителей. Но получилось так, что преподаватель английского и классный руководитель пятого «В» внезапно уволился, и всю его нагрузку свалили на безропотную практикантку.

Поначалу не выходило у Али ничего. Дети над ней издевались, буянили. Но только не сдалась студенточка. Испробовала на учениках все методики, какие знала. А главное, искренне хотела увлечь их, заинтересовать.

В итоге к концу года сдружилась с классом настолько, что дети всем составом явились к директору школы. И заявили, что хотят отправиться во главе с любимой учительницей на отдых в Подмосковье, в летний лагерь.

Поездку организовали.

Хотя Алла и считала детей «своими», статус у нее оставался прежний: студентка-практикантка.

Да, ей охотно доверяли: заниматься с пятиклассниками английским, ставить с ними спектакли, играть в «зарницу». Но при этом в отряде было два воспитателя, формально отвечавших за детей. Те очень радовались возможности получать зарплату, а работает пусть старательная студентка.

Педагоги вошли во вкус своего нежданного отпуска, день и ночь напролет отдыхали, выпивали, развлекались. И даже не заметили, когда однажды после отбоя трое мальчишек сбежали купаться на речку.

Течение оказалось бурное, вода холодной, ночь – темной, ветреной. Один из мальчишек, Митя, утонул.

Аля страдала как никогда в жизни. Хотя ее-то в недосмотре обвинить было никак нельзя. Она не обязана была следить за своими подопечными еще и ночью. И даже ночевала не в том корпусе, где спали дети, а на другом конце лагеря в домике столовского персонала.

Однако мать погибшего мальчика во всем обвинила именно Аллу.