Сны Диониса!

 —

Можно мне за ухом почесать? —

Робко так к собаке прикоснулся,

И за ухом мягко потрепал, —

– И мохнатый! Шерстью так оброс!»

«Он меня по имени назвал!» —

Удивился изумленный пёс.

И уткнулся носом в пацана.

Тот присел, а рядом пёс прилег.

«Слушай! Есть конфета! Будешь? – На!

Будто для тебя ее берег!»

Вежливо гостинец пёс нюхнул,

И, взглянувши пацану в глаза,

Его руку тонкую лизнул.

(Это как «спасибо» он сказал.)

Облизнулся пёс, – он был готов,

Что-то пацану ещё сказать.

Как бы ненароком показать:

Просто нету у него зубов

А конфеты он всегда любил!

К сожаленью, редко угощали

А когда дед с бабкой стары стали,

О конфетах он почти забыл.

Встал Артём. «Ну ладно. Мне пора.

Я из дома убежал с утра.

Чувствую: устроят мне скандал,

Что я в лес ушел, – и не сказал

Может, вместе до деревни мы пойдем?

Ты ж наверняка из чьей-то хаты?

Мне покажешь, где живёшь, Мохнатый!

Ну, айда! Ведь веселей вдвоем?»

И, пока он это говорил,

Сделав три шага вперед спиной,

(Под ноги не глядя), Боже мой!

На змею случайно наступил.

И случилась вот такая штука:

Хвост рванула из-под кеда паренька,

Зашипела серая гадюка,

И в кольцо свернулась для прыжка,

И уже в прыжке, уже в атаке,

Пасть свою зубатую раскрыв,

Оказалась в челюстях собаки,

Хоть беззубых, но еще стальных.

Как пёс среагировать успел?

Головой мотнул, змею откинул,

И, перевернувшись, пал на спину:

Силам старым, видно, есть предел.

Лапы задние вдруг дрогнули слегка,

Тихо взвизгнул пес, почти щенячьи.

И затих в ногах у паренька,

Что как будто в ступор впал стоячий.

Время долго и замедленно текло.

И в колени слабость накатила.

До Артема вдруг отчетливо дошло,

Что произошло, что это было.

Он присел и робко пса коснулся, —

Неподвижное, не дышащее тело.

Лишь секунды пёс сражался смело,

И тотчас заснул. И не проснулся.

Как же так? Как это может быть?

Что такое страшное случилось?

Как ему помочь? Как разбудить?

Чертова, простая неумелость!

На колени перед псом упал Артем:

Защипала боль его глаза.

Он склонился над лежащим псом,

И стекла вдруг по щеке слеза,

И упала на собачью морду.

Парень зубы сжал: Ведь он был гордым,

Даже если больно, он не плакал.

Только, – как бы дернулась собака:

Пробежала судорога вдруг,

Лапы вздрогнули.