Кот недовинченный

 – Свой, так сказать, боевой пост?

– А за это вы не волнуйтесь, у меня тут все под контролем! – отмахнулась служительница туалета и вскричала: – Мамо!

Из дверей, украшенных граффити «Дамы», появилась женщина в перчатках по локоть, с ведром и шваброй. На ее увядшем лице проступали (как писалось в романах позапрошлого столетия) следы былой красоты. Это была та же Галочка Медичи Пчеллини, только постаревшая лет на тридцать.

– Мамо, до мене из Москвы гости приихалы, – объявила Галина. В разговоре с матерью ее малороссийский акцент стал значительно заметнее.

– Добре, – согласилась маманя, метнув украдкой стыдливый взгляд на Катю с Ленчиком. Не только былая красота, но и высшее образование, и многие лета интеллектуальной работы наложили свой отпечаток на лицо матери. Немолодая женщина, похоже, еще не разучилась стыдиться того, что судьба (и правители СССР, России и Украины со своими реформами) загнала ее на старости лет мыть венецианский общественный сортир.

А юная Медичи Пчеллини, нисколько не тушуясь гостей, опрыскала себя дезодорантом, подхватила из-под стола ноутбук и заспешила на улицу. По ее летящей походке было очевидно, как она рада столь счастливо подвернувшемуся поводу устроить «кофе-брейк» от своей опостылевшей работы.

Ближайшим дешевым заведением, по уверению Галины, оказался китайский ресторанчик. По вывешенному у входа меню Катя проверила: и впрямь недорого, особенно по венецианским (и московским) меркам.

Ленчик, изображая джентльмена, пропустил дам вперед (Катя хотела было заметить, что мужчина, согласно этикету, входит в ресторан первым, – да решила, что читать племяннику мораль в присутствии посторонних еще более невежливо).

Заведение оказалось абсолютно пустым, только за стойкой скучала молодая китаянка в золотистом национальном халате. Завидев гостей, она поспешила к ним. Согнулась в полупоклоне, осведомилась, что угодно господам.

– Могли бы мы пообедать? – спросила Катя по-английски, беря инициативу на себя.

Хозяйка отвечала утвердительно и, непрерывно кланяясь, проводила гостей за столик в отдельную комнату. Помогла всем раздеться, сама повесила на крючки карнавальные плащи и маски гостей, поставила у столика обогреватель – словом, окружила их чисто восточной заботой.