Ита Гайне

К счастью, я не забеременела, но развязалась я с ним не легко. Я два года, живя у матери, мучилась, чтобы получить от него развод, и только судом добилась этого.

Ребенок заплакал. Ита встала, чтобы уложить его, и, держа мальчика на руках, согнувшись вдвое, раскачивалась, и лицо у нее было кроткое, как у младенца.

– Какая вы милая, – воскликнула Маня. – Все это очень не хорошо, что вы говорите, и совсем не так нужно было поступить, но, когда я слушаю и смотрю на вас, мне начинает казаться, что вы правы.

– Нельзя знать, кто прав, – ответила Ита, усаживаясь, – делаешь так, как можешь, а не как хочешь.

– Как же вы сошлись с Михелем?

Ита не успела ей ответить, так как Роза вернулась, чтобы выбрать партию. Кормилицы, как пчелы, набросились на нее и покрыли так, что ее стало не видно. Роза выбирала, скользя по ним взглядом. Вошла Миндель и прокричала своим страшным голосом: «Я здесь, я здесь, здесь».

– Опять Роза не возьмет меня, – вздохнула Ита, обращаясь к Мане.

– И меня тоже, – ответила она, подавлено пискнув.

Обе вернулись на свое место. К ним присела какая-то кормилица. Она была очень полная, низенькая и когда ходила, то не видно было, как она двигает ногами, и потому казалось, что она катится. Кормилицы прозвали ее Любочкой за сильную любовь к своему милому.

– Вы еще не поступили на место? – с удивлением обратилась Любочка к Ите. Голос у нее был сладенький до приторности. – Ах, какой у вас красивый ребенок! Куколка! – замедоточила она, осторожно ущипнув его в щечку.

– Спасибо, – ответила польщенная Ита, – но и ваш ребенок тоже очень миленький. Правда, Маня?

– Что вы! – с искусственным ужасом воскликнула Любочка. – Вы смеетесь надо мною. Мой миленький? Ведь он похож на мертвого котенка. Ведь я толстая, правда? А он, как обезьянка. Вы на жир мой не смотрите, это только для глаза красиво. Мне для ремесла большая грудь нужна, но даже у девушек она больше моей. Жир ее съел.

Ита видела, что она к чему-то клонит, около чего-то вертится, но, не зная здешних нравов, тщетно пыталась догадаться, в чем дело.

– Какую грудь вы показываете? – вдруг спросила Любочка. – Хотите, я вам дам совет? Показывайте всегда левую – она у всех людей больше правой. Этого никто не знает, а я знаю. Я опытная, я уже четвертый раз иду за кормилицу и все тонкости понимаю. Но знаете, что мне мешает скоро поступить на место? Грудь. Все хорошо, пока я не показываю ее. Только дошло до этого и пропало все.