Идущая к солнцу

Неужели отец оказался прав, разглядев в ее женихе альфонса и обманщика? И почему она была настолько слепа, не желая признавать правды? Кристина ненавидела себя и ненавидела всех за несчастную любовь, допущенную ошибку, мучительное унижение. Каждое его слово, взгляд, ухмылка еще сильнее подогревали ее злость.

– Раз уж в твоей семье сложилась такая ситуация, я считаю, нам нужно расстаться, – едко сказал Виктор, глядя на нее свысока. – Нас больше ничего не связывает. К сожалению, мои желания не совпадают с твоими возможностями.

Ей захотелось немедленно уйти, а перед этим хорошенько отхлестать наглеца по щекам, и Кристина не стала себя сдерживать. Залепила Виктору такую пощечину, что на его коже остался след от ладони – отпечаток ее боли и разочарования.

– Значит, все это время ты меня обманывал?! – воскликнула она. – Оказывается, тебя интересовали только деньги… Как же ловко ты обвел меня вокруг пальца!

Она не смогла высказать ему все, что думает, потому что рыдания сковывали горло.

– Не сердись на меня, милая, – произнес он с насмешливой ноткой в голосе. – Все заканчивается. Были деньги – была любовь. Ты очень красива, элегантна… – Он окинул ее сверху вниз оценивающим взглядом. Кристина почувствовала себя неуютно в модном костюме кораллового цвета, слишком дорогом для обстановки комнаты.

– Но этого мало. Я хочу жить комфортно и беззаботно. Согласен, какое-то время ты давала мне то, что нужно. Но теперь… Теперь ты можешь предложить мне только проблемы, а они мне не нужны.

Ощутив слабость в коленях, Кристина изо всех сил схватилась за ручку двери. Два разъяренных льва, окажись она с ними в клетке, не испугали бы так, как эти слова. Если минуту назад еще теплилась надежда на то, что Виктор одумается, извинится и нежно обнимет ее, как обычно у них бывало после горячих ссор и пререканий, то сейчас все иллюзии развеялись.

– Значит, без денег я тебе не интересна?

– Ты чертовски проницательна!

– Ты меня оскорбляешь!

– Я сказал то, что думаю. Выходи замуж, устраивай свою жизнь, а я буду устраивать свою. И давай наконец поставим точку.

Ничего не осталось в ней в эту минуту от датских предков.