Брат ответит

Одноразовые тапочки, гель для душа и кофе с чаем мне обещали хозяева апартаментов.

Ужалась до четырех килограммов с небольшим – даже меньше нормы. Однако в аэропорту мой рюкзачок ни в какие рамки для измерения габаритов не запихивали и даже взвешивать не стали. Рейс не задерживали, говорили, что очень рады видеть, и место предложили впереди, у окошка – безо всяких доплат.

– Чего это вы добрые такие? – подозрительно спросила я у юного регистратора.

Тот жизнерадостно улыбнулся:

– Так праздник! Первый рейс за полгода!

– Да вы что? А почему раньше не летали?

– У них аэропорт старенький, вечно на ремонте.

Однако народу нас собрался полный самолет. И детей полно, хотя никаких каникул. Изумительно стройные девчушки деловито тащили упакованные в тканевые чехлы обручи, вальяжные подростки с теннисными сумками громко галдели. Говорливая старушка, что сидела рядом со мной, прояснила – с нескрываемой гордостью:

– У нас город спортивный! И хоккей тебе, и фигурное, и гимнастика художественная.

Самолет (новенький суперджет) взлетел, стюардессы разнесли бесплатные соки, пилот сообщил, что мы прибудем в Кресты ровно через час.

– Прибудем куда? – опешила я.

– Аэропорт у нас так называется, – просветила бабуля. И добавила недовольно: – Нехорошее место. Три катастрофы уже было.

Я побледнела. Старушка успокоила:

– Все самолеты военные. Гражданские не падали пока.

Я занервничала еще больше, но сели мы мягонько, аккуратно.

Аэропорт оказался двухэтажным, стареньким, серым. Площадь перед ним и вовсе немощеная. А самое удивительное – ни единого таксиста, хотя по прилете куда угодно через их толпу не пробиться.

Но на одинокую автобусную остановку ни один из пассажиров не пошел, даже моя соседка-бабуля поставила на землю свою клетчатую сумку, достала телефон и просветила:

– У нас, внученька, такси дешевое. Тебе куда ехать? Давай, на твою долю вызову.

– Мне за город. В Прасковичи.

– Тогда рублей двести возьмут. Не дорого тебе?

– Нам бы в Москве такие цены, – вздохну-ла я.