Боулинг-79

Валера нахмурился:

– Каких еще желания?

– Ну, во-первых, вы, сэр, как это принято при получении долгожданного и приятного известия, сейчас же станцуете для меня… Это – раз.

– Дальше, – насупился Валерка.

– Два: вы, сэр, споете – что-нибудь бравурное. А три: немедленно закажете, не оглядываясь на найденный кошелек, из своих подкожных запасов, еще одну бутыль коньяка системы ВК-КВ…

– Боже мой, – выдохнул Валерий. – Какой же ты бредятины нагородил девчонке!.. Асуанская плотина, чеки Внешпосылторга… Асуанскую плотину советские специалисты уже лет десять как не строят… И на какой такой практике я мог быть в Египте?.

Володя нахмурился:

– Ты мне зубы-то не заговаривай!.. У тебя, что – был способ лучше, чтобы познакомиться с гражданкой?! Был? Почему ты его тогда не использовал?! А теперь к словам придираешься! А ну, давай: пой, пляши и коньяк заказывай. Считаю до трех.

Владимир достал из кармана спички.

– Два.

Он чиркнул одной.

– Два с половиной.

Поднес пламя к сложенной салфетке с записанным на ней телефоном.

– Два на веревочке…

Салфетка занялась.

– Стой!

– Что, созрел? Пляшешь?

Голой рукой Володя затушил салфетку.

– Да! Но тебе же хуже будет.

– С чего бы?

– А выведут нас отсюда.

– Не боись, не выведут.

И тогда Валера решительно налил себе рюмку коньяка, махом выпил и отодвинул стул.

После успеха друга к нему вновь вернулось чувство эйфории.

И он прошелся вокруг стола вприсядку, помахивая льняной салфеткой. Танцевал он здорово.

Глядевший на него, не отрываясь, Володя, захлопал в ладоши: «Браво!» Артистизма Валерке никогда было не занимать – только он предпочитал расходовать его либо вхолостую, перед друзьями, либо увеселять большие массы студенческой молодежи – но, увы, не ставить на службу своей собственной личной выгоде.

Затем Валера, слегка запыхавшийся, остановился у своего стула и запел приятным баритоном, делая рубленые жесты рукой в стиле Льва Лещенко, песню про Москву: «Прямые проспекты и башни старинные – это Москва!..»

Группа иностранцев, сидевшая за дальним столиком в сопровождении переводчика, с живейшим интересом наблюдала за выступлением Валерки – полагая его, видимо, преддверием вечернего шоу а-ля рюс. Кто-то из них зааплодировал.